- Сейчас я тебе всё толково объясню! – воскликнула девушка, и, не сумев сдержать слёз радости, повисла на шее у Кощеева.
Сперва он опешил, но потом подумал, что это даже приятно, когда твоему появлению так радуются. К тому же ему обещали подробности, и он был заинтригован.
***
Артур смотрел на Лёшу то с удивлением, то с чувством вины, а то с интересом. Во время повествования Алины Баламут молчал, наблюдая за переменами в выражении хмурых глаз Кощеева, которые каким-то образом, оставаясь по-прежнему хмурыми, всё же сразу и полностью отражали каждую его эмоцию. Лёша находил это забавным.
Когда девушка закончила говорить, Артур достал из внутреннего кармана своей толстовки фляжку и молча отхлебнул из неё коньяк. Так же молчаливо предложив его своим товарищам и получив отказ, он решил прокомментировать сложившуюся ситуацию.
- Понятия не имею, как такое могло получиться… - он развёл руками. - Возможно, это и есть наглядный пример перехода количественного в качественное…
- Это возможно, - согласилась Алина и пояснила Лёше: - Артур много думал об этом мире. Слишком много. Он художник – он видит все образы ярко, он легко представлял себе весь этот мир во всех красках.
- А ещё я поверил… - сказал Кощеев гордо, отчего Алина издала тихий смешок: Артуру совершенно не шёл умный вид. – Я на секунду действительно поверил, что этот мир мог бы существовать. Я поверил в это, когда делал рисунок сосны. Мне подумалось, что никто не может с точностью заявить, что это дерево не является волшебным только потому, что оно одно из миллиардов деревьев.
Алина закрыла глаза и подумала о том, что всё-таки Артур был любителем выпить, но как-то неудобно было спрашивать, насколько он был пьян, рисуя в лесу картинку к своему роману.
- Хорошо, – тем временем продолжал разговор Лёша. - Сейчас не это главное. Каким-то образом изображённое тобой дерево существует одновременно в двух мирах. В вашем, где оно всегда было, и здесь, потому что ты сам его приплёл к этому миру. Я так думаю…
- Допустим, - кивнул Артур. - Вы попали сюда с помощью сосны, но какого чёрта меня-то пришлось материализовывать?
- Понимаешь… - Алина замялась, не зная, как сказать своему другу шокирующую правду: - Ты умер… Там, в нашем мире, тебя больше нет. И мы попытались вытянуть тебя сюда из твоей иллюстрации. Как видишь, получилось! Лёша сразу подумал, что ты умер не естественной смертью, а потом и я стала сомневаться. Его догадки оказались правдой. Тебя убил Глорф…И сейчас было бы шикарно узнать, что ты ему успел рассказать и что рассказал тебе он, потому что это поможет нам понять, кто из персонажей ещё мог перейти на сторону зла.
Артур склонил голову набок, изумлённо переводя ошарашенный взгляд с Алины на мужчину и обратно. Девушка глянула на Лёшу, так как молчание затягивалось, и он высказался:
- Он не вспомнит, о чём разговаривал и что успел рассказать Глорфу, так как для этого Кощеева это событие ещё не произошло.
- Меня убил мой персонаж? – переспросил Кощеев, до которого постепенно доходил смысл происходящего, но ему никто не ответил, оба его собеседника были погружены в мысли, как с максимальной пользой можно использовать материализованного Артура.
Некоторое время Алина печально смотрела на Кощеева, понимая, что Лёша прав. Этот Артур не мог рассказать им о том роковом разговоре с Глорфом.
Сам незадачливый художник всё ещё молчал, пытаясь осмыслить услышанное, но вскоре он оставил эти бесплодные попытки, так как разум решительно отказывался признавать смерть.
Потом девушка встрепенулась, и глаза её загорелись новой надеждой:
- Зато мы можем узнать, что он планировал написать. Он может всё пустить по запланированному руслу, и всё будет хорошо.
Она посмотрела на Артура, ожидая ответа, но тот совершенно не оправдал ожиданий, отрицательно замотав головой и печально признавая:
- Нет, ребята. Я не могу… Я просто не имею права решать чужие судьбы…
- Но это же твой мир, твои герои… - попыталась убедить его девушка. – Тебе же нравилось сочинять…
- Да, но тогда это была книга, которую я писал для тебя, ради забавы. Это хобби не подразумевало, что вымышленный персонаж убьёт меня в реальной жизни, а потом моя подруга вытащит меня из картины в придуманном мире. Вы хоть понимаете, как это серьёзно? Я что-то напишу, и так оно и будет! – он понимал, что его слова не впечатляют слушателей и перешёл на личности: - Посмотри на себя, Лёша! Что мы сделали с тобой? И что мы сделаем с остальными? Я не могу…