Кайл ничего не сказал. Выражение расслабленной шутливости исчезло с его лица. Его ореховые глаза стали жесткими и плоскими, как стекло.
— Кто спрашивает?
Джейс отошел от окна. В его поведение не было открытой враждебности и все же все в нем выражало явную угрозу. Его руки спокойно висели по бокам, но Саймон помнил, каким он видел Джейса раньше, внезапно действующего в один миг между мыслью и реакцией.
— Джейс Лайтвуд, — сказал он. — Из института Лайтвудов. К какой стае ты относишься?
— Господи, — сказал Кайл. — Ты сумеречный охотник? — он посмотрел на Саймона. — Симпатичная рыжеволосая девушка, которая была с вами в гараже тоже сумеречный охотник, верно?
Не ожидавший этого Саймон, кивнул.
— Ты знаешь, некоторые люди считают, что сумеречные охотники это только миф. Как мумии и джины. — Кайл усмехнулся Джейсу. — Ты можешь исполнять желания?
Тот факт, что Кайл назвал Клэри симпатичной не расположил его к Джейсу, чье лицо тревожно напряглось.
— Это зависит от желания, — сказал он. — Ты хочешь получить в лицо?
— Надо же, — сказал Кайл. — А я думал, вы все так посвящены Соглашению в эти дни…
— Соглашение применимо к вампирам и оборотням, относящимся к определенным общинам, — прервал Джейс. — Скажи мне, к какой стае ты относишься, или я сочту тебя вне закона.
— Ладно, хватит, — сказал Саймон. — Вы оба перестаньте вести себя так словно собирайтесь ударить друг друга. — Он посмотрел на Кайла. — Ты должен был сказать мне, что ты оборотень.
— Я не заметил, чтобы ты мне сказал, что ты вампир. Может я подумал, что это не твое дело.
Все тело Самона дернулось от удивления.
— Что? — Он взглянул на осколки стекла и кровь на полу. — Я не… Я же не…
— Не беспокойся, — спокойно сказал Джейс. — Он может почувствовать, что ты вампир. Так же, как ты будешь в состоянии ощутить оборотней и другую нежить, когда у тебя будет немного больше опыта. Он знал кто ты, с тех пор, как встретил тебя. Не так ли? — Он встретился взглядом с ледяными карими глазами Кайла. Кайл ничего не ответил. — И кстати, знаешь, что он выращивает на балконе? Это аконит. Теперь ты знаешь.
Саймон скрестил руки на груди и уставился на Кайла.
— Ну, и что это за чертовщина? Ты подстроил это? Почему ты предложил мне пожить с тобой? Оборотни ненавидят вампиров.
— Я нет, — сказал Кайл. — Хотя, я не любитель их, — он ткнул пальцем в сторону Джейса. — Они думают, что они лучше остальных.
— Нет, — сказал Джейс. — Я думаю, что я лучше, чем все остальные. Мнение, подтвержденное достаточным количеством доказательств.
Кайл посмотрел на Саймона.
— Он всегда так общается?
— Да.
— Что-нибудь может заткнуть его? Что-то кроме выбивания из него дерьма, конечно.
Джейс отошел от окна.
— Я бы хотел, чтоб ты попытался.
Саймон встал между ними.
— Я не позволю вам драться друг с другом.
— И что ты собираешься предпринять… о, — взгляд Джейса перешел на лоб Саймона, и он нехотя улыбнулся. — Значит, ты угрожаешь превратить меня во что-то, чем ты можешь посыпать попкорн, если я не сделаю то, что ты говоришь?
Кайл выглядел сбитым с толку.
— Что ты…
— Я просто думаю, что вам двоим следует поговорить, — прервал его Саймон. — Итак, Кайл оборотень. Я вампир. И ты тоже не совсем чужак, — добавил он Джейсу. — Я говорю, мы должны разобраться, что происходит, и исходить от этого.
— Твое идиотское доверие не знает границ, — сказал Джейс, но сел на подоконник, скрестив руки на груди. Через мгновение Кайл тоже сел на кушетку. Они оба посмотрели друг на друга. «Все равно, — подумал Саймон. — Прогресс».
— Прекрасно, — сказал Кайл. — Я оборотень. — Я не отношусь к стае, но у меня есть союзники. Вы слышали о предводителе волков?
— Я слышал о волчанке, — сказал Саймон. — Разве это не болезнь?
Джейс одарил его уничтожающим взглядом.
«Lupus» означает «волк», — объяснил он. — И преторианцы были элитной римской группой войск. Так что я полагаю, это означает «Волки-Защитники», — он пожал плечами. — Я слыхал о них, но они очень скрытны.
— А сумеречные охотники нет? — сказал Кайл.
— У нас есть веские причины.
— У нас тоже. — Кайл наклонился вперед. Мышцы на руках согнулись, когда он оперся локтями на колени. — Существует два вида оборотней, — продолжил он. — Вид, что рождается оборотнями с родителями оборотнями, и вид, что заражается ликантропией через укус. — Саймон посмотрел на него с удивлением. Он бы не подумал, что Кайл, бездельник-укурок и курьер, знает слово «ликантропия», не то чтобы способен его произнести. Но это был совсем другой Кайл — сосредоточенный, полный решимости, прямой. — Для тех из нас, кто обращен укусом, первые несколько лет являются ключевыми. Штамм демона, который вызывает ликантропию, также вызывает целый ряд других изменений — волны агрессии не поддающиеся контролю, неспособность управлять гневом, самоубийственным гневом и отчаянием. Стая может помочь с этим, но многим из недавно обращенных не удается удачно присоединится к стае. Они сами пытаются бороться со всеми этими изменениями, многие из них применяют насилие против других и самих себя. Отсюда высокий уровень самоубийств и насилия в семьях. — Он посмотрел на Саймона. — То же самое касается вампиров, даже может быть и хуже. Осиротевший новичок буквально не имеет ни малейшего понятия, что с ним случилось. Без руководства он не знает, как безопаснее питаться и даже как оставаться вне солнечного света. Вот тогда приходим мы.