Огромные мраморные фонтаны распыляли сверкающую воду, а на поверхности плавали чёрные розовые лепестки. Но выше всех в этой комнате над головами танцующих на длинном золотом шнуре висел массивный канделябр, сконструированный из костей. Он был замысловатым и отвратительным. Основа канделябра была сконструирована несколькими спиральными столбцами, скреплёнными вместе; бёдра и голени свисали в качестве украшений, служащих опорой для человеческих черепов, каждый из которых поддерживал большую свечу.
Чёрный воск, подобно демонической крови, капал вниз на толпу, но никто, казалось бы, этого не замечал. И среди танцующих, которые извивались, кружились, двигались, не было ни одного человека.
— Оборотни и вампиры, — ответил Себастьян на немой вопрос Клэри. — В Праге они союзники. Это место, где они… расслабляются.
Горячий ветер дул сквозь комнату, словно ветер в пустыне; он поднимал его волосы и бросал ему в глаза, скрывая их выражение. Клэри сняла пальто и держала его прижав к груди, почти как щит.
Она огляделась широко раскрытыми глазами.
Она могла ощутить отсутствие людей в этой комнате, вампиров с их бледностью, с их быстрой и ленивой грацией, жестокостью и быстротой оборотней. Большинство были молоды, танцевали близко, извиваясь возле друг друга.
— Но не будут ли они против нашего нахождения здесь? Против нефилимов?
— Они знают меня, — ответил Себастьян. — И они знают, что вы со мной. — Он потянулся и забрал у нее пальто. — Я пойду, повешу его.
— Себастьян…
Но он уже растворился в толпе. Клэри взглянула на Джейса, стоявшего рядом с ней. Засунув большие пальцы за ремень, он оглядывался вокруг с обычным интересом.
— У вампиров есть дресс-код? — спросила она.
— Почему нет? — улыбнулся Джейс. — Ты заметила, что он не предложил мне забрать и мою куртку. Говорю же, рыцарства больше нет. — Он с шутливым выражением наклонил голову в ее сторону. — Неважно. Может ему нужно с кем-то поговорить здесь.
— Значит, он не для развлечения сюда пришел?
— Себастьян никогда ничего не делает ради развлечения. — Джейс взял руки Клэри и потянул ее за собой. — Зато я делаю.
Как и предполагал Саймон, никто не поддержал его план.
Сначала его дружно отругали, позже стали шумно отговаривать его от этой затеи. Затем начали задавать вопросы, преимущественно Магнусу, относительно безопасности данного мероприятия.
Саймон уперся локтями в колени и ждал, чем все закончится. В конце концов, он почувствовал легкое прикосновение к его руке. Он обернулся, и к его удивлению перед ним стояла Изабель. Она показала ему следовать за ней.
Они спрятались в тени одной из колонн, в то время как спор происходил сзади них. Поскольку Изабель была самой ярой противницей его идеи, он приготовился выслушать ее гнев. Однако, она лишь молча смотрела на него.
— Ну, — сказал он в итоге, тишина его раздражала. — Думаю, ты сейчас мной недовольна.
— Ты думаешь? Да я бы избила бы тебя, вампир, но я не хочу портить свои новые дорогие ботинки.
— Изабель…
— Я тебе не подружка.
— Правильно, — сказал Саймон, хотя и не мог скрыть разочарования. — Я знаю это.
— Я никогда не возражала против того, что ты проводишь время с Клэри. Я даже поощряла это. Я знаю, как ты о ней заботишься. И как она о тебе. Но это… Это слишком безумная идея для проявления заботы. Ты уверен в том, что ты делаешь?
Саймон оглядел разрушенное жилье Магнуса и горстку людей, решающих его судьбу.
— Но это не только из-за Клэри.
— Хорошо, значит это из-за твоей матери, не так ли? — сказала Изабель. — Она назвала тебя монстром. Но ведь ты не должен ничего никому доказывать, Саймон. Это ее проблема, не твоя.
— Не в этом дело. Джейс спас мне жизнь. Я обязан ему.
Изабель выглядела удивленной.
— Но ты же не делаешь это только ради того, чтобы вернуть долг Джейсу? Потому что, думаю, сейчас вы в расчете.
— Нет, не совсем так, — ответил Саймон.
— Послушай, мы в курсе ситуации. Себастьян не может скрываться вечно. Это не безопасно. В этом Конклав прав. Но если умрет он, умрет Джейс. И если Джейс умрет, то Клэри…
— Она выживет, — твердо и быстро ответила Изабель. — Она стойкая и сильная.
— Она сломается. Возможно навсегда. Я не хочу, чтобы она страдала. И я не хочу, чтобы ты страдала.
Изабель скрестила руки.
— Конечно же нет. Но, Саймон, ты думаешь, что ей не будет больно, если случится что-то с тобой? — Саймон прикусил губу. Он просто об этом не подумал. Нет, не так. — А ты?
— А что я?