— Так значит, заинтересован, ведь ты здесь. — Алек кивнул. Она усмехнулась. — Ты понимаешь, чего ты просишь? — сердце Алека колотилось.
Он подумал, Камилла могла его слышать.
— Ты сказала, что можешь сделать Магнуса смертным. Как меня.
Ее полные губы сузились.
— Это так, — сказала она. — Должна признаться, я сомневалась в твоей заинтересованности. Ты ушел так поспешно.
— Не играй со мной, — сказал он. — Мне не настолько нужно то, что ты мне предлагаешь.
— Лжец, — небрежно промолвила она. — Иначе тебя бы здесь не было. — Она обошла диван, приблизившись к нему, ее глаза изучали его лицо. — Вблизи, — сказала она, — ты не выглядишь настолько похожим на Уилла, как я думала. У тебя такой же цвет кожи, но другая форма лица… возможно из-за нижней челюсти…
— Заткнись, — сказал он. Ладно, это было не на уровне остроумия Джейса, но уже что-то. — Я не хочу слышать об Уилле.
— Очень хорошо. — Она потянулась, томно, как кошка. — Прошло так много лет, с тех пор, как мы были любовниками с Магнусом. Мы были в постели, после довольно страстного вечера. — Она увидела, как он вздрогнул, и усмехнулась. — Ну, ты знаешь, все эти интимные разговоры. Кто-то признается в своих слабостях. Магнус рассказал мне о существовании заклинания, которое может лишить колдуна бессмертия.
— Так почему бы мне просто не узнать, что это за заклинание и сделать его? — Голос Алека повысился и надломился. — Зачем мне нужна ты?
— Во-первых, потому что ты Сумеречный Охотник, ты понятия не имеешь, как использовать заклинание, — сказала она спокойно. — Во-вторых, если ты сделаешь это, он будет знать, что это был ты. Если я сделаю это, он предположит, что это месть. Ненависть с моей стороны. И мне все равно, что Магнус подумает. А тебе нет.
Алек пристально посмотрел на нее.
— И ты просто окажешь мне такую услугу? — Она звонко рассмеялась.
— Конечно же нет, — ответила она. — Услуга за услугу. Вот как заключаются такие сделки.
Рука Алека сжались вокруг ведьминого огня — камня, пока края не врезались ему в руку.
— И что же ты хочешь взамен?
— О, это очень просто, — ответила она. — Я хочу, что бы ты убил Рафаэля Сантьяго.
Мост, пересекавший пропасть вокруг Адамантовой Крепости, был утыкан кинжалами. Они были воткнуты лезвием в верх с произвольным интервалом по всей дорожке, так что мост можно было пересечь, только если двигаться очень медленно, ловко выбирая дорогу. Изабель слегка заволновалась, но была удивлена увидеть как легко Джослин, которая не была действующим Сумеречным Охотником вот уже пятнадцать лет, продвигалась вперед. К тому времени как Изабель достигла противоположную сторону моста, ее руна ловкости испарилась, оставив после себя только бледный белый след. Джослин была всего на шаг позади нее, и насколько бы раздражающей Изабель ни считала маму Клэри, она была рада, когда Джослин подняла руку с ярко горящим ведьмовским огнем, освещая пространство вокруг них.
Стены были вытесаны из бело-серебренного адаманта, и казалось, будто тусклый свет исходит из них. Пол же был из демонического камня, в центре которого был вырезан черный круг. Внутри круга был высечен символ Железных Сестер: сердце, проколотое насквозь кинжалом.
Перешептывающиеся голоса заставили Изабель оторвать взгляд от пола и посмотреть вверх. Внутри одной из гладких белых стен появилась тень, которая росла и приближалась. Вдруг, часть стены отъехала и оттуда шагнула женщина. На ней было длинное свободное белое платье, туго связанное на запястьях и под грудью бело-серебренной веревкой… демонической проволокой. На ее лице не было морщин, но она выглядела старой. Ей могло быть сколько угодно лет. Ее длинные темные волосы были заплетены в толстую косу за спиной. Вокруг ее глаз и висков была вытатуирована замысловатая маска, очерчивающая оба глаза оранжевого цвета, цвета пламени.
— Кто звал Железных Сестер? — произнесла она. — Назовите ваши имена.
Изабель посмотрела на Джослин, но та жестом указала, что она должна говорить первой. Она прочистила горло.
— Я Изабель Лайтвуд, и это Джослин Фр… Фэирчайлд. Мы пришли попросить вас о помощи.
— Джослин Моргенштерн, — сказала женщина. — Урожденная Фэирчайлд, но ты не можешь так легко стереть присутствие Валентина в твоем прошлом. Разве ты не покинула Конклав?
— Это правда, — сказала Джослин. — Я отверженная. Но Изабель — дочь Конклава. Ее мать…
— Возглавляет Институт, — сказала женщина. — Мы в уединении здесь, но не без источников информации; я не дура. Меня зовут сестра Клеофас, и я Создательница. Я формирую адамант, из которого другие сестры высекают. Я узнаю этот хлыст, который ты так умело обмотала вокруг запястья. — Указала она на Изабель. — Что до той безделушки возле твоего горла…