ЧЕРТ.
Существо, что прежде стояло неподвижно, резко развернулось. Я почувствовала, как что-то яростно пытается забраться ко мне наверх.
– План «Б»! – заорал Кир.
– Что ты имеешь ввиду? – запищала я.
– Под планом «Б» может быть только одно! – он указал на палку. – Бей в голову!
От мысли, что это что-то – не животное, а человекоподобное существо, у меня сперло дыхание. Тем не менее, когда край полки обхватили чьи-то бледные синюшные пальцы, я со всей дури размахнулась и, не глядя, зарядила копьем по пришельцу. Оно заверещало, как десять одновременно кастрируемых кабанов, и с чудовищным грохотом повалилось на бетонный пол, затихнув там.
Я медленно поднесла наконечник копья к глазам. Он весь был перемазан в черной жидкости.
– Оно страшное?
Кир боязливо выглянул вниз.
– Просто представь, что это человек, который долгое время провел в воде, спарился с зомби и вывел свое потомство к нам, – немного погодя, шепотом ответил он.
Топ.
Топ. Топ.
Топ. Топ. Топ.
– О боже мой, да их тут целая толпа, – с ужасом добавил Кир. – Тогда готовься.
– К чему? – удивилась я.
– Будет много крови, – лаконично ответил он.
Мы стали медленно сползать с полок. И, как бы мне этого ни хотелось, мне все же пришлось взглянуть на пришельца, которого я убила, поближе…
Эта форма жизни представляла из себя месиво из утопленника и зомби вместе взятых. Мокрая синюшная кожа пузырилась и безобразно лопалась, раны кровоточили и гноились. Глаза отсутствовали. На суставах были своеобразные выросты, являющиеся, судя по всему, грубым выпуклым хрящом, словно безобразной опухолью. Там, куда я попала палкой, был раскол, из которого сочилась темная жидкость.
Мы выбежали в темный проем, собирая на себя всю паутину. Кир выхватил у меня палку и теперь бежал впереди с вытянутыми вперед руками. Я семенила сзади. Мы не говорили ни слова друг другу, потому что, очевидно, каждый был впечатлен мыслью, что мы должны кого-то убивать для того, чтобы выжить или протянуть хотя бы немножко. Мы двигались по возможности тихо, но каждый вздох, казалось, разбивался о стены и грохотал так, словно где-то неподалеку разбился самолет.
Мы пробежали еще пару коридоров, пока окончательно не поняли, что заблудились.
Топ. Топ.
Топ. Топ. Топ.
Топ. Топ. Топ. Топ. Топ. Топ.
– Ох, Аза, не следовало нам сюда соваться… – пробурчал Кир, боязливо оглядываясь. – Теперь это все превратилось в какой-то сумасшедший квест по выживанию. Давай за мной!
Мы резко повернули направо и стали карабкаться по ржавой лестнице. Я и Кир рассчитывали на то, что на «втором этаже» будут окна или хотя бы что-нибудь, из чего можно вылезти и покинуть этот ужаснейший завод. Лестница кончалась у вентиляционного люка. Мы выглянули из проема. Второй этаж не отличался от первого ровно ничем, за исключением того, что тут он выглядел еще более пыльным и запущенным.
Шаги раздались снова, гораздо ближе. Оставался один выход, который мы незамедлительно использовали.
Кир выбил трухлявую крышку вентиляционного люка одним мощным ударом палки, и она разлетелась на много железных частей, громко падая на пол. Мы встали на четвереньки и быстро поползли по проходу.
Топ. Топ. Топ.
АЗА, СПАСИ НАС. Я пытаюсь! Как-то не видно. Закрой пасть. Может быть, ты напомнишь мне, чья это была идея вообще сюда сунуться? За исключением утопленников, тут вполне комфортно. Скажи еще, что тут жить можно. Тут жить можно. Я ненавижу тебя, Аза. Взаимно.
Мы повернули направо по трубе, раздирая колени и руки в кровь. Оказалось, что ползти с трехъярдовой палкой было куда неудобнее, чем думал Кир.
Люк заканчивался так же неожиданно, как и начинался. Юноша снова копьем выбил ветхую решетчатую крышку, выпуская нас на волю.
Мы оказались на втором этаже. Нет. Нет. Нет. Точнее – мы оказались в той же комнате, в которой впервые увидели бальзамированные внутренности, аккуратно сложенные в брезентовые мешочки, как будто это было какими-то подарками, но теперь мы стояли на мосту, проходящему по всему периметру комнаты. Внизу грохотали машины. Мы стали беспомощно мотать головами в разные стороны, как вывалившиеся из гнезда совы, пока Кир не потряс меня за плечо и не указал куда-то наверх, где плясал одинокий лучик света. Он был единственным, но для нас он был спасительным, поэтому в порыве радости мы и не сразу задумались, как мы туда попадем. К сожалению, когда эта мысль посетила нас, было уже слишком поздно.
– ЦЕЛЬСЯ В ГОРЛО! – крикнул Кир, отрешенным взглядом рассматривая идущих на нас мертвецов.