– Хорошо… – он медленно встал и потянулся. – По крайней мере, сегодня мне не придется тягать тебя. Я смертельно устал.
С этими словами юноша, беря меня за руку, хаотично направился вперед, ногами поддевая камни и подкидывая их.
Воздух еще не прогрелся окончательно, и почти каждую секунду по моему телу проходила волна мурашек. Теплый плед, еда и камин за королевство, – мелькнула мысль.
Чаща стала потихоньку редеть, отчего небольшие саженцы и проростки казались единственным, что напоминало бы о том, что кроме травы тут еще что-то может расти. Мы шли молча, изредка поглядывая друг на друга и шумно вздыхая.
В конце концов мои ноги, не выдержив ужасной нагрузки, сами подкосились и увлекли свою хозяйку за собой.
– Я больше не могу, – я уперлась лицом в колени. – Кир, я больше не могу. Я так устала.
– Мало ли что ты не можешь, – он толкнул меня в плечо, которое сразу же заныло так, словно мне в него выстрелили. – Поднимайся!
– Я не могу-у-у-у…
– Я тебя не понесу.
Мы уставились друг на друга.
Левой частью своей головы я понимала, что любое промедление может стоить нам жизни. Мы не замели следы, а, следовательно, Флоренс и Гарсиа уже летят за нами как стадо разъяренных питбулей. Но я также понимала, что, если я встану и пройду десять ничтожных ярдов, мои ноги от усталости откажут снова.
Мною овладело такое бессилие, что я просто улеглась на земле, беззвучно рыдая, как маленькая девчонка.
– Аза, – Кир ущипнул себя за переносицу, – я тоже устал, черт возьми! Но нам нужно идти! Нам нужно идти, Аза, если ты не хочешь оказаться со вспоротым брюхом!
Тогда я стала реветь в голос.
– АЗА, – юноша зарычал, – я тебя ненавижу. Вот честно.
– Ты прямо как Вторая Я, – сообщила ему я.
– Вторая… кто? Аза, это не смешно! Либо ты поднимаешься, – он топнул ногой, – либо я иду без тебя!
Почему-то мне захотелось хорошенько наподдать ему, но все, что мне удалось сделать сейчас – разреветься еще сильнее.
Кир потоптался на месте малость, борясь с желанием запинать меня ногами. Плюнул рядом с моей правой рукой, чтобы сказать этим, что я его еще никогда так не доставала, а потом, кряхтя и изрыгая проклятия, взгромоздил меня на себя.
– Спасибо, – я утерла слезы.
– Это не «спасибо», Аз, – он покачал головой. – Это ради того, чтобы не попасться Флоренсу и Гарсии, которая нас точно разорвет на мелкие клочки. Я тоже чертовски устал, но, блин, мы прошли больше половины, и ты предлагаешь лечь и сдохнуть?
Здесь угадывался весь мой характер – лечь и сдохнуть почти что под носом у самой цели.
– Нууууууу, – я сделала вид, что рассматриваю траву, которая враз стала интереснее, чем гранатовое лицо Кира, – по крайней мере, в Шарлотт мы уже наверняка числимся пропавшими, как и все остальные пассажиры, так что, думаю, переживать за нас никто не будет…
– АЗА, – рявкнул Кир, – я не говорю именно про нас, я говорю про то, что нужно хотя бы попытаться. В хорошем случае мы погибнем где-нибудь в океане, наткнувшись на риф или скалы, в плохом – с воткнутым лезвием Фитцджеральд.
– Все равно же погибнем.
– Да действительно, зачем вообще рождались?
Зачем.
У Высших, очевидно, были свои планы на нас, и они наверняка предвкушали нашу веселенькую поездку, из-за которой мы здесь и застряли. Но мне стоило жить хотя бы ради того, чтобы после смерти Соньки вспоминать наши совместные моменты. Стоило жить ради того, чтобы наблюдать, как Кир и Родригез были счастливы. Стоило жить, черт возьми, ради того, чтобы просто жить!
Чувствовать, осязать, встретить Дэвида и применить все умения ярости и ненависти по отношению к нему, видеть, любить и быть любимой. Да нет, это я сейчас не про Эванса – про маму, которой теперь больше нет.
Но если мы как-то перехитрим мир, куда нам идти?
Моей мамы больше нету. Тети Соньки тоже. Тети Кира, – Мэвис – тоже. Единственные, кто попытаются не выкинуть нас из своего дома в первую неделю, будут Майки и Джоанна, наши общие друзья в компьютерном клубе и в школе «Саут Ридж». Эй, но они точно не впустят никому не известного дикаря, который будет нести «чушь» про то, что он потерялся восемь лет назад, и что никогда не видел обыкновенный ноутбук! Да они нас тогда просто в психушку прямой дорогой отправят, даже не пытаясь выяснить, что же здесь все-таки происходит.
А мои документы? Все, что вместил мой рюкзак, который я умудрилась упустить сразу после стычки с дикарями, безвозмездно исчезло. А это дает еще один повод для того, чтобы, не сговариваясь, отправить нас лечиться в психиатрическую клинику.