Пробовали, например, войти с призраками в контакт. Теперь те эксперименты канули в историю. Все исследования были закрыты лет пятнадцать назад, когда окончательно стало ясно, что огромный риск для жизни ученых никак нельзя предотвратить. Что бы ни делал человек, он не способен уберечься от призрака. Как не способен вызвать его специально, без желания со стороны привидения. Такова была официальная версия.
Однако многие знали, что существуют люди, которые чувствуют привидения, могут предсказать, как поведет себя опасное порождение пустоты, и даже повлиять на его поведение. Есть и такие, кто свободно может вызвать парочку призраков в любой момент. Не только вызвать, но и натравить на кого-нибудь. Некоторые желали продолжать изучение призраков. Некоторые гибли, зайдя слишком далеко в рискованных экспериментах. И никто не знал, что будет с городом дальше. Призраки явно вступили в войну, убивая ни в чем не повинных людей, выселяя их из домов, лишая жизненной силы…
Последние, самые свежие газеты были примерно пятилетней давности. Именно тогда и была создана Служба спасения (Положение о ней Антон увидел в «Российской газете»), ничего общего не имевшая с МЧС в его прежнем мире, кроме цели спасения людей. Видимо, только в рамках этой Службы еще как-то изучались призраки, но в прессе про нее было сказано очень скупо…
И еще писали, что существуют способы защиты от привидений, причем довольно надежные, но опасные по сути своей для общественного сознания, а потому противозаконные. Одни журналисты сообщали, что необходимо взять кровь человека, убитого призраками, и из этой крови можно создать какую-то защиту — только они, конечно, понятия не имеют, как именно. Другие заявляли, что все это бред, иначе население давно бы воспользовалось этим способом — и плевать, что незаконно. Жить-то всем хочется. Третьи утверждали, что мир погибнет от привидений — и ничего здесь не сделаешь…
Тоник прочитал о призраках все, что нашел в брошенной библиотеке. Он чувствовал — можно узнать намного больше, можно даже попытаться спасти этот мир. Природа призраков не так уж запредельно далека от человеческой (или его собственной?) природы.
Он появился из баррантиды — и теперь просто пытается понять, что происходит. Он явно не один такой. И еще: возможно, поняв, как попадают сюда, Тоник найдет дорогу обратно…
Ночевать в библиотеке он побаивался, потому что понимал: ему не справиться с привидениями, если их будет много. Но сегодня, торопясь покончить с газетами, Тоник задержался далеко за полночь. В окно лился сумеречный свет — стоял самый глухой час белой ночи. Ни звука — и страшно нарушить эту тишину.
Идти через темные залы и коридоры было попросту неприятно, и Тоник выбрался на улицу прямо через открытое окно. В предрассветных сумерках улица выглядела туманной, серой, загадочной. И больше не было привычного одиночества.
Плохо видимый, будто находившийся на другом конце улицы, человек быстро приближался к нему. Призрак.
— Стоять, — Тоник выкинул руку вперед уже натренированным жестом. Привидение замерло на месте.
Знакомое существо. Неизвестно почему, но оно следовало за Антоном и днем, и ночью — словно тень, проклятие, вечная угроза — начиная с их первой встречи на железнодорожном мосту через Обводный канал. Правда, оно никогда не заходило в библиотеку. Удивительно, что ее вообще бросили: Тоник, проведя там несколько дней, так ни разу и не увидел призраков. Но на улице Антон его постоянно чувствовал. Призрак пребывал где-то рядом — невидимый и при свете дня не опасный. Почему-то они никогда не нападают днем — если, конечно, не лезть в брошенные дома и во всякие другие жуткие места, которых в городе хватало (Антон даже обнаружил в одном журнале карту «смертельных зон» десятилетней давности и забрал ее с собой). Привидения остерегаются многих мест — но тот, что упорно преследовал Тоника, всегда был с ним. Действовал на нервы. Только не показывался на глаза. Не любил, правда, Московский вокзал, и хотя Тоник тоже его не любил, но заходил иногда — отдохнуть от надоевшего чувства опасности. Призрак терпеливо ждал где-то неподалеку. Может, бродил по путям? Там, говорят, по-настоящему опасно. Хочешь покончить с собой — иди туда, на пути, на развязки и стрелки, заросшие высокой травой. Обязательно встретишь свою смерть…
Сейчас, ночью, спать не хотелось, разве что все происходящее казалось порождением бредового сна. Или, наоборот, все прошлое было бредом. Тоник снова сжал в кармане мобильный телефон. Никто не отнимет у него прошлое…
Он отвернулся от призрака и медленно пошел вдоль здания библиотеки. Постоянным напряжением держал на расстоянии назойливого преследователя. Кто ты такой? Чего хочешь от меня?
Как же узнать? Тоник снова обернулся, всматриваясь в размытый силуэт. Может, это и не опасно вовсе? Он расслабился, сознательно давая привидению приблизиться. Оно сразу надвинулось, неожиданно закрыв собой улицу, и вдруг… голова у Тоника закружилась, ноги ослабели, и он сел на асфальт.