— Открывайте давайте, это я! Чего, уснули?!
Славик бросился к двери. Саша облегченно перевел дыхание и брезгливо отметил, что потерпевший провожает взглядом хрупкую фигуру его подручного с нескрываемым интересом.
Через секунду в комнату ввалился Мишаня. Его, конечно, поначалу ждали — но сейчас, когда дело уже было сделано, Саша пожалел о том, что Мишане был известен этот адрес. Вдруг он потребует поделиться? Собственно, за этим он, наверное, и пришел — такой красивый… Саша растерянно оглядел приятеля с ног до головы:
— Что с тобой опять случилось?!
Выглядел громила действительно странно: левую щеку пересекал глубокий разрез, засохшая кровь покрывала опухшее синее лицо, воротник футболки и даже свежий гипс, а куртка оказалась порванной и такой грязной, будто провела неделю в помойке. При этом он был так зол, что расслабившийся было потерпевший опять перепуганно вжался в угол.
— Поссорился со своими волчарами. Потом расскажу. — Мишаня злобным взглядом смерил Алену, хотя она точно знала, что сейчас ни в чем не виновата. У нее алиби: она была вместе с Сашей. — А у вас тут что? Это и есть тот извращенец?
— Он самый. — Саша спокойно снял банковскую упаковку и рассовал баксы по карманам, затем положил фолиант на место. — Но мы здесь уже заканчиваем. Поскольку ты увел Коляна, роль приманки была вынуждена играть моя девушка…
Теперь Мишаня с интересом оглядел толстяка:
— А, так ты, значит, не совсем «голубой»? И вашим и нашим?! — Холодок и сдержанное бешенство в голосе Саши он проигнорировал.
— …потому мы поделим улов на четверых, — закончил Саша. — Если тебе что-то надо, минута на размышление. Можешь взять что-нибудь мелкое, на память.
— Это что — весь ваш улов?! — Мишаня метнулся к шкафам. — Да ты посмотри, как он живет! Здесь впятеро больше можно взять!
— Я не держу дома наличные! — снова вступил в беседу толстяк.
— Заткнись! — заорали на него хором Саша и Мишаня. Потом Саша пояснил: — Я с ним договорился: он нам добровольно отдает бабло, а мы уходим как люди! Так что довольствуйся малым.
— Да тут шмотья на миллионы! Я, кстати, с ним ни о чем не договаривался, — прошипел Мишаня. — Хочется тебе играть в благородство — так играй, а я еще пошакалю…
Саша грозно нахмурился: напарник вел себя непозволительно, опоздал на дело, пришел пьяный, агрессивный и явно пытался выйти из-под командирского контроля. Этого допускать было нельзя, иначе грош цена всему его авторитету. И откладывать такие дела нельзя тоже. Саша молча подошел к Мишане и изо всей силы врезал ему по зубам.
Шмяк! — брызнула кровь, не ожидавший нападения парень улетел в угол, упав рядом с хозяином квартиры. Схватился за рот. Алена удовлетворенно улыбнулась: она, как и многие, недолюбливала Мишаню.
— Ты че, козел?! — возмущенно заорал громила, пытаясь унять кровь. — У меня на роже уже места живого нет!
— Все, уходим! — отчеканил Саша. Неторопливо подошел и грозно навис над ним, отчего и сам Мишаня, и несчастный потерпевший, скрючившись, испуганно уставились на него. — Я запрещаю тебе тут к чему-либо прикасаться! А ты, — это толстяку, — только попробуй стукнуть кому-нибудь… я тебя самого сдам куда надо. Мне известны твои сексуальные приключения с малолетками обоих полов, улавливаешь?
Хозяин торопливо кивал. Саша, конечно, знал, что доказать такое дело было бы трудно, почти невозможно, но толстяк наверняка не в курсе, кроме того, сам постоянно испытывает страх из-за своих пристрастий. Эх, жалко, что надо «построить» Мишаню, а то и в самом деле можно бы было тут еще поискать. Саша схватил по пути со стола златую цепь с большим крестом. Завернув ее на ходу в салфетку, направился к выходу, по пути бросив компании: «За мной». Остальные безропотно поплелись следом, Мишаня, с трудом поднявшись, догнал их. Алена, успевшая пригреться в чужом доме, нехотя поднялась с кресла, в котором сидела все это время. Виновато пожала плечами и оглянулась на лежащего у стены толстяка:
— Жениться тебе надо. Был бы ты женат — ничего бы не случилось сегодня. Ладно, прощай!
Если он что и ответил, она не услышала.
Толпа вывалилась из парадной. Уже смеркалось, на сумеречной улице не было ни души. Юрик радостно заржал:
— Получилось!
— У нас всегда получается, — самодовольно ответил Саша.
Они зашумели, заговорили все разом. Одна Алена не теряла бдительности. Она вдруг дернула Сашу за рукав:
— Тихо, по-моему, менты!
Из-за деревьев показались трое, одетых по форме, с автоматами. Пеший патруль, в общем, их сейчас много на улицах, пусть себе ходят. «Спокойно», — шепнул на всякий случай Саша, но опоздал.
У подельников, видимо от обилия впечатлений, в головах случилось короткое замыкание. При виде милиционеров каждый из них вспомнил, что квартирный разбой с применением оружия, который они только что совершили, является уголовно наказуемым деянием. А на руках у них — то самое «поличное», взятые с которым они уже не смогут отмазаться. Причем и Юрик, и Славик — оба ранее судимы, действуют по предварительному сговору группой лиц… Но они забыли, что «поличное» вообще-то у Саши, а все остальные тут ни при чем, мимо проходили. Нет — они синхронно развернулись и бросились бежать по переулку.