Но вместе — у нас был шанс.
— Я согласна, — наконец произнесла она. Её голос стал тише, но решимость в нём ощущалась явно. — Но вы должны помнить, Корбин, что с этим врагом шутки плохи. Мы имеем дело с системой, которая защищает своих до конца.
Я кивнул, стараясь не показывать внутреннего напряжения. Сказанное не было открытием, но было важно услышать это из её уст.
Эти слова заставили меня осознать всю глубину предстоящей борьбы.
— Я знаю, на что мы идём, — сказал я, стараясь звучать как можно увереннее. — Это не просто расследование. Это война. И если мы её начнём, пути назад уже не будет.
Её взгляд стал жёстче, но в нём появилось что-то ещё. Возможно, это была тень страха. Страха перед тем, что нам предстоит пройти.
— Хорошо, — тихо сказала она. — Но если мы это сделаем, мы должны быть готовы ко всему.
Тишина снова повисла между нами. Но на этот раз это была тишина не от напряжения, а от понимания.
Мы оба знали, что нас ждёт впереди. Мы понимали, что наш союз — это не просто сотрудничество. Это было хрупкое соглашение, основанное на взаимных интересах и необходимости.
И каждый из нас знал: если кто-то ошибётся, это может привести к катастрофе.
— Какие у нас есть ресурсы? — спросил я, пытаясь сосредоточиться на практической стороне дела.
— Люди, которые готовы помочь, — ответила она, её голос снова стал деловым. — Но это всё держится на волоске. Они готовы действовать, но боятся последствий. И они знают, что если что-то пойдёт не так, их прикроют первыми.
— Мы должны использовать все возможные варианты, — ответил я, чувствуя, как напряжение внутри меня усиливается. — Нам нужно больше доказательств, больше союзников. Без этого мы проиграем ещё до того, как начнём.
Изабель кивнула, её взгляд снова стал серьёзным.
— У нас есть один шанс, Корбин, — сказала она. — И мы не можем его упустить.
— Время перейти к действиям, — сказал я, окончательно определившись. — И у нас его слишком мало, чтобы раздумывать.
Изабель посмотрела на меня, её взгляд стал твёрже, словно она приняла важное решение.
— Тогда начнём, — тихо произнесла она, её голос был полон решимости.
***
Дождь за окном становился всё сильнее, его удары по стеклу кафе казались эхом того смятения, что развернулось у меня внутри.
Папка, что лежала передо мной, была неожиданно тяжёлой. Не только физически — каждая бумага, каждый документ в ней был ключом к войне, в которую я теперь был втянут.
Изабель Делавэр изучала меня, её лицо оставалось нейтральным, хотя я видел: она не менее напряжена, чем я.
Мы оба знали, что этот союз — рискованная игра. Да, у нас был общий враг, но её мотивы были туманными.
Я не мог понять до конца: она хочет справедливости, мести, или ей нужно что-то ещё?
Как бы там ни было, сейчас у меня не было другого выбора, кроме как довериться ей хотя бы на время.
Я перевёл взгляд на улицу. Сквозь мутные потоки воды неоновые огни Веридиана расплывались в абстрактные пятна.
«Она доверяет мне?» — этот вопрос вновь и вновь всплывал в моих мыслях. Или просто использует меня, так же как и я её?
Мы оба были заключёнными в этой игре, не имея другой цели, кроме победы, и ни один из нас не мог позволить себе проиграть.
— Вы что-то хотите сказать, Корбин? — голос Изабель прервал мои размышления. Она спокойно смотрела на меня, чуть приподняв бровь. Её глаза были слишком внимательными.
— Думаю, нам нужно двигаться, — ответил я, стараясь не выдать своих колебаний. — Чем быстрее мы начнём, тем меньше шансов у Мартела скрыть свои следы.
Она слегка наклонилась вперёд, оценивая мои слова. Пальцы её едва заметно касались края чашки с уже давно остывшим кофе.
— Это опасная идея, — спокойно сказала она, хотя в её голосе было больше интереса, чем страха. — Прямо сейчас? Без плана? Без поддержки?
— Поддержка — это роскошь, — я откинулся назад, давая ей понять, что времени на лишние разговоры у нас нет. — А план? В этом городе планы разваливаются, как только их касается первый луч света.
Изабель чуть нахмурилась, но в её глазах я увидел тень одобрения. Она привыкла к людям, которые играли по правилам, но знала, что правила не работают, когда дело касается таких, как Мартел.