Она знала, что делает, и делала это на отлично.
Вопрос был только один: сколько ей это стоило? И что она собиралась получить взамен?
Я перевел взгляд на огни Веридиана. Жизнь кипела там внизу, люди торопились по своим делам, машины мчались по улицам.
Все так отдаленно и одновременно близко. Как будто я был частью этой бурлящей реки, но давно выпал из потока.
Ощущение знакомое — одиночество всегда находило меня в такие моменты. Всплывали в голове ошибки, воспоминания о проваленных операциях, о тех, кого не удалось спасти.
Это было неизбежно.
«Ну что ж, Корбин, ты здесь», — сказал я себе, глядя вниз на поток машин. Весь этот мир жил своей жизнью, а я был просто наблюдателем.
***
Тихий шелест доносился из офиса Виктора Мартела. Я напряг слух, прислушиваясь к приглушённым голосам, к едва различимому шороху бумаги.
Они уже начали, и времени у меня было катастрофически мало. «Чёрт, нужно успеть хоть что-то услышать», — подумал я, стараясь заглянуть через узкий зазор в слегка приоткрытых жалюзи.
Там, внутри, мелькали фигуры, едва различимые очертания людей. Сердце гулко отбивало ритм, как будто его стук могли услышать все в радиусе километра.
«Только бы что-то важное... только бы не зря..». — мысль проносилась в голове, пока я продолжал слушать.
Исчезновение Серафины слишком важное дело. Я не мог потерпеть неудачу снова. «Я не допущу провала, не на этот раз», — убеждал я себя, зная, что второй шанс мне уже никто не даст.
Звуки в офисе начали становиться чуть отчётливее. «Что там происходит? Разговор, они обсуждают что-то важное?» — я старался уловить каждое слово.
«Давай же, говорите громче», — нервничал я, прекрасно осознавая, что одно неверное движение — и всё, мне конец.
Они не прощают ошибок. «Эти люди не терпят неудач... Они слишком жестоки», — мысли вихрем носились в моей голове.
Вдруг — щелчок. Что это? В тот же миг по телу пробежала волна паники. «Меня заметили? Или это просто ветер?» — в голове пронеслась тревожная мысль.
Сердце в груди бешено заколотилось. Вся моя тщательно продуманная операция могла рухнуть за доли секунды.
«Спокойно, Корбин, не паникуй», — старался я успокоить себя, хотя каждый нерв был на пределе.
Нужно было действовать. «Пожарная лестница. Вниз. Как можно быстрее». — решение созрело мгновенно.
Спускаться по скользкой, обдуваемой ветром стене, в промозглую ночь Веридиан-Сити — сомнительное удовольствие.
Но что оставалось?
«Бежать сейчас — это просто спасение, но я не могу уйти с пустыми руками». — мысли метались, как и ветер за окном.
Мне нужно было сохранить всё, что я успел узнать. «Все детали, каждую мелочь, всё услышанное — ничего нельзя упускать».
Эта ночь могла стать поворотным моментом.
«Поймал волну, Корбин. Держи её», — пытался я заставить себя сосредоточиться. Ветер усиливался, дождь хлестал в лицо.
Казалось, будто вся стихия Веридиана против меня. Но главное сейчас — не думать о том, как выбраться.
Внутри у меня пульсировало одно желание — узнать правду, разобраться в этой проклятой загадке, которая мучила меня последние недели.
За окнами офиса царила своя напряжённая атмосфера. Я едва различал фигуры внутри, но каждый звук отзывался в голове.
Тишина была давящей, густой. Воздух внутри казался таким плотным, будто его можно было резать ножом.
«Пахнет кожей и дорогим деревом», — мелькнула мысль. Виктор Мартел, одетый в безупречный костюм, сидел за массивным столом.
Его обычно приятная внешность, полная обаяния, сейчас выглядела мрачной и нетерпеливой.
«Что за дела здесь ведутся, что он так нервничает?» — удивился я, заметив, как его взгляд буравит пустую стену, словно пытается пробить её.
Перед ним сидел Сальваторе Моретти, этот громадный человек с угрожающими шрамами на руках. Его массивная фигура занимала почти всё пространство комнаты.
«Эти двое не просто так здесь. Что-то серьёзное готовится». — мне стало не по себе от их молчаливого общения.