После жарких объятий и любовного акта, во время которого мы не сказали и пары слов, оба расслабились. Я повернул голову к девушке, лежавшей на моей руке, и хотел спросить её о причинах столь необычного поступка, но та, видимо, предчувствуя тему, закрыла мне рот ладошкой. Через минуту она поднялась и растворилась в темноте.
Наутро, Гужир ни словом не обмолвилась о ночном происшествии, и я тоже решил молчать. Однако, как я понял наш секс не остался тайной для погонщиков и Ухгра, утром у костра они весело поглядывали на нас и перекидывались скабрезными шуточками.
Когда я только попал в племя азалов, по внешним признакам они показались мне очень похожими на жителей земных пустынь арабского востока: беспрекословное подчинение старшим; подчиненное положение женщин в доме и еще много мелких деталей, подчеркивавших сходство. Но, почти с самого начала я увидел и расхождение: женщины были воинами наравне с мужчинами; вольное поведение девушек на вечерних посиделках, когда они, выпив местной слабенькой бражки, завлекательно танцевали среди мужчин; и вот теперь это – секс без всяких обязательств, просто потому что захотелось. При этом никто не высказал не то, что недовольства, но даже удивления.
Впрочем, мне такая простота нравов понравилась, а раз никаких поползновений на мою свободу не было, я просто принял это – у всех в этом мире разная мораль. Днем, когда мы опять ехали рядом, я все-таки попытался заговорить на эту тему, но Гужир так удивленно-невинно глянула на меня, что все слова застряли в горле. А, может, ничего и не было – пошутил я про себя – просто эротический сон.
В конце второго дня стали попадаться люди – такие же кочевники, как и наша компания. Все ехали в город, ехавших в обратную сторону не было. Когда я спросил об этом у Гужир, та объяснила, что обратно в пустыню, все стараются выезжать рано утром, когда ночь немного остудила пески.
Уже на закате, когда злое солнце уползало в пески, я, наконец, он увидел то, что в этом мире казалось почти миражом – ровной зеленой стеной стояли деревья, а из-за них выглядывали белые шпили зданий. Я невольно пришпорил шагунга, но Ухгр заметивший мое движение, грозно взглянул на меня, и показал рукой на место рядом с собой. Я придержал «коня» и послушно поехал рядом, с другой стороны, ехала Гужир. Все кочевники сделали равнодушное лицо, словно то, что они сейчас увидят, их нисколько не интересует.
Улыбаясь про себя, я тоже одел маску все повидавшего человека, и, наконец, мы влились в толпу желающих войти в город. Большинство были кочевники, так же, как и азалы, с лицами нарочито пресыщенных жизнью людей, они степенно двигались к открытым большим воротам, перегораживавшим проход между деревьев. Я опять удивился, никаких стен не было – зачем тогда ворота? Их никто не охранял, никто не брал плату за въезд в город, в общем, чистая символика.
Проехав ворота, мы сразу оказались в раю – так это воспринял я – вокруг, среди темно-зеленых, длиннолистных густых деревьев поднимались белые, украшенные резьбой, каменные дома. Нарядные, в разноцветных тканях, а не только в шкурах как жители пустыни, шагали по мощеным тротуарам жители города, густо разбавленные приезжими. Проезжая, на углу одной из улиц, я даже заметил, одетых в черное, старых знакомцев – воинов Черного Шхамара. Но самое главное – город встретил нас долгожданной прохладой, легкий влажный ветерок, гулявший под деревьями – меня так и тянуло назвать их пальмами – был наполнен резким мятным запахом местных растений. А еще через пару улиц, перед нами открылось главное богатство Оазиса – почти идеально круглое, отливающее красным закатным отсветом, озеро.
– На его дне вода такая холодная, что человек может умереть, – постарался удивить меня один из погонщиков. Но человека, выросшего там, где вода и вовсе большую часть года пребывает льдом – холодные ключи на дне озера совсем не впечатлили.
Глава 6
В тот раз мы ненадолго задержались в городе, на следующий же день с утра Ухгр сходил куда-то и через час все наше добро, перекочевало на ручные тележки пятерых веселых парней, а к себе под навес, кочевники сложили уже упакованные заказанные ранее товары. После этого азалы оказались свободны. Все они, уже не в первый раз были в городе, поэтому большого интереса не испытывали и мое приглашение побродить, поглазеть на местные достопримечательности просто проигнорировали. Кочевники решили лучше отдохнуть перед дорогой, выезжать придется самым ранним утром. Меня такой расклад не устраивал – мне, горожанину, до одури надоел однообразный быт племени азалов, город манил меня – и я пошел на экскурсию один.