В это время второй Охотник упаковал в сеть сначала нас, потом Василая и его семью. Сила у него была как у робота, он, словно не заметив веса, одной рукой поднял и закинул в клетку сначала меня, потом всех остальных.
Когда Охотник догнал нас в комнате наверху, Валера попытался сделать то, что пробовал когда-то я – он успел трижды выстрелить в рыжеволосого детину, прежде чем тот, отобрал у него Маузер. Дикарь легко загнул ствол пистолета и выбросил его в угол. Потом отобрал у толстяка мой нож и, поймав нас за шиворот, потащил, словно нашкодивших котят.
После того как добыча, то есть мы, были сложены в сетчатые сумки, произошло то, чего я подспудно ожидал с самого начала, как только увидел первого бородача в пятнистой шкуре. Тот, что упаковывал нас, уже вскочил на своего мега-шагунга, и ждал второго, который как раз прикончил очередную мантикору и направился к своему дракону. Он не успел – раздался громкий хлопок, словно лопнул гигантский воздушный шар, волна воздуха ударила во все стороны, и вдруг, за спинами нападавших тварей появился Ангел.
Оба шагунга зарычали, из пасти вылетели языки пламени, и неоседланный дракон кинулся на гостя. Наш «конь» хотел последовать примеру собрата, но твердая рука Охотника, удержала его. Второй дикарь в два прыжка настиг своего дракона, впрыгнул на спину и прервал атаку. Это произошло вовремя, Ангел – мне показалось, что это тот самый, что был в Городе – запел, рассыпая божественный звон, и воздух, шипя, разрезал ослепительный белый хлыст. Если бы не наездник, шагунг как раз бы нарвался на этот удар. Я помнил, как оружие Ангела словно масло режет камни, и, думаю, дракону тоже не поздоровилось бы.
Оба Охотника разъехались, остановили драконов и раскрутили над головой свои черные хлысты. Я понял, что сейчас произойдет – если в Порту эти потусторонние твари дрались на равных, то значит, сейчас вдвоем Охотники явно одолеют блестящего. Однако, все мгновенно изменилось – раздались еще два взрыва, воздух упруго ударил в лица, и рядом с Ангелом появились еще две серые переливающиеся фигуры. Над ними сразу закрутились огненные хлысты, сливаясь в белый сверкающий круг. Но это, как оказалось, еще не все – как только перевес оказался на стороне Ангелов, все разбежавшиеся твари появились вновь. Они словно сорвались с цепи – расталкивая друг друга, твари бросились на всадников.
Я не видел никого из своих невольных товарищей по несчастью, и не знаю, как они восприняли происходящее – сам же я потерял связь с реальностью. Все происходящее вокруг было слишком даже для моей крепкой психики. В какой-то момент я словно отделил себя от этого бренного тела прижатого собственным весом к вонючей холке дракона, и теперь словно смотрел фильм ужасов с непонятным сюжетом, но с великолепными комбинированными съемками.
Охотники, нарушая правила боевиков, не стали вступать в схватку, они развернули своих шагунгов и с места в галоп рванули к широкой заснеженной аллее парка. То, что произошло дальше, повторило картину прибытия Ангелов. Шагунги прыгнули, что-то взорвалось, в глазах у меня на секунду потемнело, уши заложило, и через мгновение драконы приземлились на бурую осеннюю траву. Сзади за нами, была только степь и синее прозрачное небо над ней.
Новый мир, сообразил я, значит, действительно, этим тварям не нужна дверь и темная комната. Я повернул голову вперед – на горизонте топорщились горные вершины. Похоже, мы направлялись к ним. Драконы без устали вбивали в сухую траву свои копыта, а горы ничуть не придвинулись. Я закусил губу, чтобы не стонать, сеть врезалась в тело и при каждом прыжке, впивалась еще сильнее. Черт! Хоть бы остановился что ли, мечтал я.
Всадник словно услышал меня – дракон сбавил свою прыть, и через несколько минут остановился. Подъехал второй и впервые я услышал, как говорят Охотники. До этого я слышал только, как они рычат. К своему удивлению я почти все понял – эти рыжие демоны говорили на языке азалов, хотя может и наоборот, азалы говорят на их языке. Однако, хотя основное я понимал, многие слова все-таки отличались. Но смысл первой фразы сразу дошел до меня.