– Оставим их здесь?
Это спросил подъехавший. Наш наездник огляделся и согласился.
– Да. Оставим здесь.
То, что я услышал, никак не укладывалось в моей голове. Зачем было все это – наше похищение, битва во дворе, многочасовая бешеная скачка? Ради того, чтобы выбросить нас посреди голой степи? Это, что – особо изощренный способ убийства?
Но то, что меня, наконец, вытащат из этой веревочной тюрьмы, перевесило все, и я даже обрадовался. Но как оказалось, зря. Освобождать меня никто не собирался, как и землячка Валеру.
– Толстого тоже оставим здесь? Приказ был доставить только пограничника.
– Нет. Толстого надо привезти в лагерь, он наверняка, знает что-то. Там им займется Шехри.
– А если здесь появятся летающие? Что тогда будет с этими?
Он кивнул на своих пленников.
– Нет. Прошло много времени. Если бы летающие поймали наш след, они были бы уже здесь. Значит, они с самого начала шагнули не туда. Теперь им надо вернуться и начинать снова открывать двери. Не думаю, что они это будут делать, время упущено. Они могут, наоборот, ждать нас в засаде ближе к лагерю. Так что этих людей надо оставить здесь, мы сделали для них все, что смогли.
До меня, наконец, дошел смысл этих слов – и я разозлился, в этот раз гнев вызвало не то, что меня не вытащат из этой клетки, а то, что Василая и его женщин хотят бросить здесь, прямо в пустынной степи. Значит, все-таки смерть, хоть и не моя.
– Не бросайте их! – не выдержал я. – Или меня тоже оставьте с ними!
То, что я насмелился заорать, в большой мере подействовало предыдущее путешествие. Теперь, когда я столько времени провел рядом с холкой рыжебородого великана, я решил, что все-таки это люди. Все их поведение было обычным, я уже не говорю про запах пота и грязные руки. То же, что их не убивали пули, и они владели каким-то сказочным оружием, вполне можно было объяснить. Я ведь и сам совсем недавно владел оружием, которое до этого видел только в фантастическом кино.
– Почему? Для чего ты хочешь быть с ними, Пограничник?
На лицах Охотников не появилось и следа удивления, похоже они ожидали, что я заговорю на их языке.
– Потому что они спасли меня! – я, конечно, немного преувеличил, но, если бы они не дали мне приют в своем доме, не факт, что я бы выжил в зимнем лесу, среди тех тварей, что появились в последний момент. – И, кроме того, они люди. Они ведь просто умрут здесь, посреди голой степи.
Рыжебородые переглянулись.
– Пограничник, но тут ведь полно зверья, как тут можно умереть?
Я чувствовал, как я просто расту в своих глазах – эти потусторонние страшные Охотники, которыми пугали детей в Городе, уважительно, как с равным, разговаривали со мной. Еще больше осмелев, я продолжил наезжать на них.
– Я не вижу тут никакого зверья, но даже если оно есть, то звери скорей съедят людей, чем они их. У них нет никакого оружия. И я не пограничник!
На последнее утверждение Охотники не обратили никакого внимания.
– Но мы должны доставить только тебя, Пограничник. Людей мы спасли просто по пути, не могли их оставлять зверям. Летающие за них не вступились бы.
– К черту! Вытащите меня отсюда! Я уже не могу, все затекло.
По тому, как один из гигантов дернулся ко мне и схватился за узел на сети, я понял, что я действительно имею для них какую-то ценность. На его простецком грубом лице явно проступило беспокойство. Однако второй остановил его.
– Мы не можем задерживаться надолго. Нас ждут в лагере. И это опасно, летающие могут все-таки найти, где мы вошли.
– Но он прав. Эти люди слабы и не смогут…
Их спор прервал хлопок, он был не таким громким, как во дворе поместья, но это был тот же самый звук лопнувшего шара.
– Дождались! – зло выкрикнул Охотник и одним движением вскочил на шагунга. – Быстрей! Уходим!
Второй последовал его примеру. Драконы опять понеслись по степи. Я вывернул голову – сзади, метрах в двухстах за нами скользил над землей серебристый Ангел. Странно, подумал я, в прошлый раз один противник не испугал Охотников, почему же сейчас они бросились наутек? Однако, все стало ясно через несколько секунд – сразу в двух местах, лопнули шары и над степью повисли еще два Ангела. Они тут же поплыли вдогонку за нами. Над степью зазвенели серебряные колокола – Ангелы запели. Я расслабился и обмяк в своей сетке – сердце не выдерживало нахлынувшей нежности. Остановитесь, хотел закричать я, пусть они возьмут меня!
Однако Охотники не разделяли мои чувства – они зарычали, выкрикнули несколько непристойных азальских ругательств и, вдруг, разделились; мы продолжали нестись прямо, а дракон с семьей Василая резко ушел вправо. Через несколько секунд он исчез в слабо замерцавшей вспышке, с тем же характерным хлопком, что и при появлении Ангелов. А еще через секунду у меня снова заложило уши, и в глазах померк свет; наш шагунг тоже прорвал эфемерную пленку между мирами. Я понял это, когда на меня пахнуло тем, к чему я привык за последние месяцы – жаркий сухой воздух пустыни. Копыта шагунга перестали грохотать по земле, теперь они мягко шуршали по песку. Дракон перешел на иноходь. Я открыл глаза – так и есть, почти родной ландшафт: бескрайние мелкие барханы до горизонта и палящее белое солнце.