Картина была совершенно реальной, и я понял, что, если, сделать несколько шагов, я, действительно, попаду туда в зной и стрекот кузнечиков. Ура! Значит, я, действительно, могу это делать! Где-то в уголке мозга даже мелькнула мысль, что я почти волшебник.
– Стой! Не уходи! – Донеслось до меня откуда-то издалека. Умом я понимал, что это кричит Ленка, находившаяся в паре шагов от меня, однако чувства говорили, что она где-то далеко, и с каждой секундой отдаляется все дальше. Я не хотел возвращаться, всем естеством я уже был в этом прекрасном мире, но это был голос Элен, голос моей Ленки. Я разрывался пополам. Неожиданно все изменилось. Из-за дальнего холма, за который после плавного поворота пряталась дорога, показалась процессия. Сначала я не разобрал, что это, но компания быстро приближалась, и стало понятно, что это несколько всадников.
– Охотники! Закрывай дверь!
Испуганный голос Элен перекрыл звон кузнечиков, и я начал возвращаться в комнату, но при этом заметил, что всадники ускорились, и, приближаясь, росли буквально на глазах. Это, действительно, были Охотники, теперь и я их узнал, с начала по драконам, а потом по рыжей всклокоченной шевелюре. Испуг Элен, взбудоражил и меня, но потом я вспомнил, как вели себя Охотники вчера – они явно не хотели мне ничего плохого, наоборот, они спасли нас от Ангелов. Я уже почувствовал свою силу и решил, что не буду в этот раз слушать Элен. Хватит, я сам могу управлять своей судьбой.
Я оттолкнул стол и шагнул вперед, навстречу рыжим великанам на огнедышащих шагунгах.
– Нееет! Закрывай дверь! Это враг!
Голос Ленки изменился, я больше его не узнавал. Я оглянулся, визжащая женщина в углу исчезающей комнаты была совсем не похожа на Элен. Что происходит? Я схожу с ума? Дверь за спиной кричащей девушки резко, словно от пинка, распахнулась, в проеме на миг застыл Гракс, но тут же, сделал гигантский нечеловеческий прыжок, и сразу оказался рядом со мной, на столе. Кто вбегал за ним, я уже не разглядел – все внимание было приковано к тому, кто еще секунду назад был Граксом. Он мгновенно раздался в плечах, так, что пятнистая форма лопнула на груди. Разрывая рукава, руки вытянулись и вспухли мощными мышцами, на длинных пальцах появились когти. Лицо на глазах превратилось в крупную собачью морду.
Я опешил, и не смог уклониться от первого удара этой твари – мощный кулак снес меня с ног. Удар пришелся по уху, и на секунду я потерял ориентацию. Когда я вновь сфокусировал взгляд, собакоголовый Гракс стоял надо мной и держал меня за плечи.
– Тащи его сюда! Быстрей!
Это был голос Ильмгарда. Тварь рыкнула, и когти больно вонзились мне в плечи, зверь потащил меня, отталкивая задом столы и стулья. Я напрасно цеплялся за них же, тварь тащила меня, словно щенка. Нож! Правая рука сработала автоматически – скользнула к поясу и пальцы обхватили удобную рукоять. Все-таки оружие, даже такое примитивное, как нож, все равно придает уверенности. Я выхватил Гарривас и, уже опробованным на Ангеле приемом, воткнул клинок в лапу твари. В этот раз все было не так, как вчера – черное лезвие встретило обычную живую плоть, упершись в кость, нож скользнул в сторону. Кровь, обычная красная, мгновенно залила пол вокруг. Я находился как раз под раной, и меня тоже залило кровью.
Тварь взвыла, и выпустила меня из лап, перебирая ногами и руками, и извиваясь, как червяк, я попытался быстро отползти. Я двигался задом, не отрывая глаз от зверя, неожиданно, рука вместо твердого пола встретила что-то непонятное. Земля! Это дорога – пронзила меня догадка. Соседний мир, может он спасет меня от этого безумия.
– Хватай его! Уходит!
Это опять кричал длинноволосый, я бросил взгляд в угол – в странно искривившейся комнате, лишь Ильмгард не потерял человеческий облик. Все мое внимание было сосредоточено на бывшем Граксе, поэтому я не видел, куда делось то существо, что я до этого считал Ленкой. Приказ Ильмгарда подстегнул Гракса, он перестал трясти раненной рукой разбрасывая вокруг кровавый дождь. Тварь прижала поврежденную руку к груди, оскалила пасть и снова бросилась ко мне. Все это происходило так быстро, я едва успевал реагировать, в этот раз я попытался вскочить, но рука скользнула в пыли, и я опять завалился. Мгновенно, словно кошка, я опять перевернулся на спину и, перехватив нож обеими руками, выставил его вперед. Зверь опасался бросаться прямо на нож – он остановился в нескольких сантиметрах от черного лезвия. Какой-то извращенный у судьбы юмор – этот нож мне подсунул тот же, кто сейчас пострадал от него. Правда, тогда он был обычным человеком.