- А вчера ты тоже ее кормил этой дрянью?
- Да, госпожа. - на эту его реплику похоже я зарычала.
- А кто ее кормил пока нас не было в городе? - задала следующий вопрос, после того как выполнила комплекс успокаивающих дыхательных упражнений.
- Она сама питалась, госпожа. - ответ был еле слышен, а Доминик был явно в ужасе от происходящего и держался только благодаря малышке на руках.
- Доминик, ты идиот?! Ты мне не мог сказать сам и раньше, что у тебя тут ребенок голодной смертью умирает! - уже орала я, но бросив взгляд на этих двоих резко осеклась. И совсем другим голосом попросила: - Проверь пульс, на ее запястье. И дыхание.
Доминик очень осторожно сделал так как я попросила.
- Дышит? Пульс есть? - спустя минуту его манипуляций начала уточнять я, заранее прибавляя газа.
Девчонка при дневном свете выглядела как полотно, призрак. Все ее кости и прожилки можно было легко увидеть сквозь практически прозрачную кожу. Сердце кровью обливалось. Как вообще можно было так довести ребенка?!
Решила везти девчонку не в свою больницу, а в платную элитную клинику доктора Крауфа. Позвонила Ричарду, их главврачу и по-совместительству владельцу, быстро договорившись о срочном приеме, без огласки общественности. Мы с ним были в хороших отношениях и пару раз даже делали шаги навстречу к каким-то более близким отношениям, но так как времени на личную жизнь у обоих особо не было, то эти шаги так и остались легким флиртом.
Когда только доехали до клиники и вносили девочку в кабинет, седовласый статный мужчина, что числился здесь гастроэнтерологом был в ужасе от увиденного. Но комментировать себе не позволил, профессионально задал ряд вопросов по питанию и противопоказаниям для пациента, а также уточнил статус этой девочки, на что я сообщила, что это моя «племянница», а Доминик удивленно подвис от такой новости. Получив всю нужную ему информацию, врач быстренько выдворил нас с Домиником за дверь, сказав, чтобы даже не смели скрестись в нее, пытаясь отвлечь.
Осмотр длился долго, уже больше часа мы сидели в комнате ожиданий. И я и Доминик извелись от неизвестности. Ну, я точно. А вот парень был неприступной каменной глыбой, поэтому там мне сложно было однозначно что-то сказать.
Когда я уже начала ходить взад-вперед, нервно заламывая руки, парень не выдержал молчания.
- Госпожа, позвольте один вопрос? - в своей учтивой манере обратился он.
- Ну? - скрестив руки на груди, посмотрела в его сторону, остановившись.
- Что вы планируете дальше с нами делать? - явно переживая, уточнил Доминик, смотря на меня своими ясными голубыми глазами.
- Истязать и насиловать, что же еще. - серьезно сообщила ему я. Да, я на него была зла, очень. Он чуть не погубил ни в чем неповинного ребенка. За это ему реально по башке надо настучать. - И в очередной раз напоминаю, Доминик: мы при людях общается по именам. Неужели уже сложно запомнить?! А обо все случившимся дома поговорим.
Ну я и сволочь! Самой от себя противно. Парень и так переживает, все-таки у него сестра еле дышит, а еще я глумлюсь тут.
- Прости, нервы уже ни к черту... - повинилась я. - Давай потом поговорим, когда будем наедине, ладно.
- Как прикажете, Изабелла. - принял мой ответ Доминик, опять повесив голову.
Наверное, прошло еще около часа, когда, наконец, врач вышел из кабинета и позвал меня за собой. Я поднялась с места, обернувшись к Доминику.
- Пойдем, Доминик. Пора выяснить как дела у нашей малышки. - не ожидавший такого парень, аж подпрыгнул с места, вставая. А его взгляд выражал крайнюю степень признательности.
Собственно, дела были скверными, у девочки практически атрофировался желудок, уже не воспринимая большинство пищи, да и кишечник тоже... Так что ближайшее время ей прописали особую диету и питание специальными кашками для восстановления микрофлоры.
На счет за услуги и недельный рацион для ребенка было страшно смотреть. А когда, так не вовремя подошедший Доминик его увидел, тот просто побледнел.
Домой мы возвратились уже затемно. Доминик нес на руках несчастную девочку. Я уже еле несла себя. Отправив их всех в комнату Доминика, строго наказав тому следить за состоянием девочки, кормить ее в определенные часы кашками и растворами, и будить при любых изменениях, пошла в душ и баиньки. Сил моих больше нет.
Глава 13. Откровения
Следующее утро началось у меня со стука в дверь. Открывать эту дверь и тем более возвращаться в ужасную реальность - желания не было никакого. Хмм, Доминик же никогда не стучался ко мне в дверь раньше, спокойно ожидая, когда сама проснусь. А вдруг что-то случилось с девочкой?! Быстро накинув халат, открыла.