Глухие удары копыт равномерно звучали за спиной. Я оглянулся, Охотник, злорадно улыбаясь, шагом ехал за ними. Казалось, его забавляла эта погоня. В руке у него уже появился знаменитый черный кнут — то оружие, о котором было столько рассказов в городе.
— Беги! Не останавливайся! — закричал я, почувствовав, что Элен притормаживает. Но она все равно остановилась, и я чуть не сшиб её на бегу.
— Что? Надо бежать!
Я схватил её за руку и потянул Элен за собой, но она упорно не хотела двигаться. Я только сейчас разглядел, что она показывает вперед, туда, откуда появилась.
— Саша, смотри!
В этот момент я понял, что копыта за спиной больше не гремят, и кинул взгляд вперед, куда указывала Ленка. «Все! Теперь уже точно не уйти».
Глава 5
Вдали, из-за последних складских помещений, выплыла фигура женщины в длинном, до земли, переливающемся сером платье. Даже издали было видно, какая она высокая, наверное, полтора моих роста. За спиной над плечами поднимался нарост, похожий на крылья, из-за этого их и прозвали Ангелами. Лица было не разглядеть, по словам тех, кто видел Ангела, его и рядом не разглядеть — оно постоянно меняется.
Мы стояли, обнявшись, между двух неземных тварей и ждали смерти. Теперь, когда стало понятно, что наша участь решена, мне стало даже легче. Спасибо кукловоду, который распоряжается нашими судьбами, что дал мне умереть так — рядом с Ленкой. Элен прижалась ко мне — тоже поняла, что это конец. Вдруг она сжала пальцами мой бок.
— Смотри-смотри, что это с ним? — горячо зашептала она.
До страшного наездника, которого я в уме назвал «всадник Апокалипсиса», оставалось не более двадцати метров. Но он, вместо того чтобы ехать к нам, гарцевал на месте — «конь» фыркал и недовольно рычал, перебирая копытами и крутя зубастой пастью. Охотник рычал в ответ и натягивал поводья с такой силой, что голова зверя задиралась, и он топтался на месте. Простое, словно топором рубленое, лицо Охотника выражало явную нерешительность, похоже, он побаивался приближавшуюся даму.
Мне вспомнились рассказы старожилов о том, что эти двое — Охотники и Ангелы, не очень-то привечают друг друга, рассказывали, что между ними бывают даже конфликты. Однако все это было только на уровне баек, большинство из тех, кто встретился с этими тварями близко, уже ничего не расскажут — их либо увез с собой Охотник, либо они отдали жизнь Ангелу.
Я перевел взгляд на приближавшуюся серую фигуру. Черт! Как же она красива! Я с трудом стряхнул наваждение и оторвался от прекрасного, постоянно меняющегося лица женщины; тысячи лиц античных богинь жили в нем. Но она тоже не обращала внимания на меня и мою подругу! Значит, все-таки им надо сначала разобраться между собой, и лишь потом наступит наша очередь, — мысли мои понеслись, — это, возможно, наш последний шанс. Я тихонько стал отходить к пандусу, увлекая Элен за собой. Она поняла и тоже начала медленно переступать, двигаясь рядом со мной. Уткнувшись в стенку пандуса, мы остановились.
В это время Охотник все-таки решился: он поднял зверя на дыбы, зарычал на весь порт и, хлестнул кнутом по мостовой так, что камень лопнул. Потом помчался прямо на Ангела. «Женщина» совсем не испугалась — в её руке тоже появился хлыст, она подняла и крутанула его над головой. Хлыст со свистом разрезал воздух. Её оружие было настолько белым, что от него шло сияние. Оно напомнило мне световые мечи из виденного в прошлой жизни американского фантастического фильма. И в этот момент мы услышали то, о чем всегда с восторгом говорили очевидцы, которым посчастливилось увидеть Ангела и уцелеть — голос этой твари. Она заулыбалась и открыла рот — над портом разнесся чистый звон серебряных колокольчиков, приправленный высоким звучанием скрипки и соло кларнета. Звуки были громкие, но совсем не били по ушам, наоборот, эту музыку хотелось слушать еще и еще.
— Божественно... — с блаженной улыбкой уставившись на серую фигуру, прошептала Элен. Наверное, у меня лицо было не лучше, но я ожил первым.
— Лена, очнись, — я с трудом оторвал взгляд от завораживающего зрелища.
Элен повернула ко мне пустое зачарованное лицо. Я опять потряс её.
— Просыпайся, — и добавил, зло глянув на Ангела. — Сирена сраная!
Обоим тварям было не до нас — черная и белая плети просвистели и встретились в воздухе. Раздалось шипение, вспух и лопнул с грохотом ослепительный шар, он обдал нас жаром и заставил зажмуриться. Схватка началась.
Охотник рычал, гонял своего «коня», стараясь увернуться от смертоносного светящегося хлыста. В то же время, сам старался достать своим кнутом гибкую, поблескивающую металлом фигуру. Женщина смеялась, словно раскатывала по всему порту серебряные шарики, и уверенно шла в атаку. Мы присели, прижавшись спинами к пандусу, и старались вжаться в стену при каждом ударе, автомат больно впивался в мою спину.