Ирка вздрогнула, узнав его, напряглась, отвела взгляд собираясь.
Конечно годы не пощадили их, мало что осталось от тех двадцатипятилетних. Короткая стрижка, радикально черный цвет волос, закрывающий седину. Но смутившиеся глаза, эти всегда хотящие резиновые губы, живущие сами по себе…. Этого не спрячешь, как седину.
- Черт возьми…! Я так рад тебя увидеть! Сколько мы не виделись, наверно лет двадцать?
- Мне кажется больше….
- Как сама? Как дочь? Большая уже. Вышла замуж? Ты уже бабушка?
Последний раз он видел ее, когда она сама выходила замуж. За соседа по лестничной площадке. Так иногда случается. Кто-то просто заныривает к соседке в постель, а кто-то заныривая, делает предложение.
- Схоронила мужа. Инсульт. Танька, сестра, тоже похоронила своего. Дочка в Киеве. Замужем. Родила.
- А чего сюда ты ее не вытащила? В такое-то время нужно держаться друг за друга.
- Да там проблемы. С ребенком.
Серега стоял, улыбался, поглаживая Ирку по плечу, не веря своим ощущениям. Никак не мог унять желания потрогать близкого человека. Хотелось просто поболтать вечерок, где-нибудь в кафешке за чашкой кофе. Даже без всякого намека на секс. Встреча со своей молодостью. Те годы невозможно вернуть. Как и тот секс. Годы стерли все плохое, оставив только хорошее.
- А мы вот только приехали. Буквально час назад.
На выходе из магазина, стояли его жена и взрослая дочь, терпеливо дожидаясь. Серега давно усвоил – чтобы что-то спрятать, делай это на виду у всех, не тушуясь и не дергаясь. Вот и сейчас, из-за его открытой радости не видна была его старая связь с этой женщиной.
Тормозить Ирку после кассы было неудобно.
- Ну ладно. Не буду задерживать. Надеюсь, еще увидимся.
Ирка рассчиталась, и сразу пошла на выход, не оглядываясь.
- Ммм… бляаа… какой я мудак, - через десять минут, возвращаясь в реальность, ругался про себя Серега, - Хоть бы телефонами обменялись…! «Надеюсь увидимся…!». И где теперь я буду ее искать? В соцсетях? Иголку в стоге сена. Я даже фамилии по мужу ее не знаю.
Серега еще несколько раз потом подходил к этому магазину, даже к дому, где раньше жила Ирка, в надежде, что может снова ее встретит, случайно. Но сразу после встречи пришла уверенность, - он ее больше не увидит. Осталась только тупая бычья упертость – ну а вдруг, ну а если…. И все эти дни он ругал себя разными словами за свой тупизм.
Город заставлял его вспоминать, копаясь в памяти.
«Вот этой аллеи, ведущей к морю, тогда не было, каштаны совсем молоденькие. А вот это кафе было. Оно одно из первых, и до сих пор живо. Там всегда были классные чебуреки. А вот первая школа. И почему-то часть школы заколочена. С фасада зачехлили баннерами. Странно. Может аварийный корпус? Или неужели так мало детей? Когда-то она работала в две смены и была наполнена детскими голосами».
Серега помнил ответственное задание своего шефа – помочь стендами в оформлении школы. Александр Васильевич (как Суворова) даже разрешил работать на дому. Серега всего пару месяцев как устроился на работу, только-только сдал все допуски, и жил в общежитии. Ну и какие нахрен стенды, если море плещется у ног!
Вовка сдал его с рук на руки Олегу, а сам уехал на вахту на Чернобыль. У Олега было два неоспоримых плюса – он был холостой, и у него была своя однушка. Правда, Олег был немного нудный. Его нужно было принимать небольшими порциями, как микстуру.
- Слушай, Серег, выручай, - как-то обратился к нему Олег, - Ко мне сегодня две девчонки придут. В душ, сполоснуться пресной водой. Сами-то они на Мысовом живут, на частном секторе. У Лысого сарай снимают.
- Откуда ты их взял?
- Макс познакомился. Они в кафе обедать ходят.
Макс, бармен в единственном в то время кафе в городке. Смазливый, показушный, самоуверенный парень, кичащийся своей должностью. Недолюбливал его Серега.
- Ну так а я тут причем? Флаг вам в руки.
- Понимаешь, на одну он глаз положил, а Леська его продинамила. Он ее послал, ну а они ко мне по-прежнему мыться ходят.
- Так и ты пошли.
- Не могу. Я джентльмен. Я даже вечером до Мысового их провожаю. А одному скучно возвращаться.
- Так ты хочешь, чтобы я вашу компанию разбавил? Вместо Макса? Мне до Макса далеко, известный ёбарь.
- Да не, не надо ничего делать. Просто поприсутствуй. А то я уже заебался разговор поддерживать.
- Олег, снова я стенды не поклею. Тогда Александр Васильевич меня выебет, если директриса пожалуется.
- Можешь у меня их клеить. Вон на кухне. Хоть всю ночь.
У Олега был тонкий «гостевой» матрасик с подушкой. А какое одеяло, если даже ночью не опускалось ниже тридцати.