Тут я вспомнил: «Самое главное – во внутреннем кармане. Запомни. Используй это по назначению». Страж третьего круга. По назначению? Что значит «по назначению»? Единственное назначение накопителей – в том, чтобы хранить информацию, которую можно считывать компьютером. Компьютер здесь один – на командирском столе. Очень старый, потрепанный и даже обгорелый местами. Должно быть, трофей из какого-нибудь города, захваченного нашими войсками. Когда жителей расстреливали всех до единого, то, прежде чем спалить их дома, туда направляли особые отряды – по изъятию техники и материальных ценностей. «Подразделение М». Войска мародеров. Все это грузили на грузовики, после чего войска уходили и приходили генералы. Шли, осматривали опустевшие, сожженные улицы, хищно смотрели по сторонам, упиваясь победой. А потом останавливались, переглядывались и говорили: «Ну что ж, господа! Здесь нам делать больше нечего. Опоздаем к ужину». Садились в роскошные генеральские «Штерны» и уносились в свои ставки. И оттуда уже отдавали последний приказ. И город взлетал на воздух.
Я вздохнул, вставил накопитель в щель и опустился на табурет возле стола. Компьютер щелкнул, и на передней панели загорелась зеленая лампочка.
Я постучал по клавишам, вышел в основное меню и извлек содержимое накопителя. Ничего интересного, как и следовало ожидать. Две неизвестные программы маленького размера и непонятного назначения, и короткий документ…
Уже несколько месяцев – почти год – я не возвращался к своему роману и своему герою. Но все же не думаю, что он скучал там без меня. Я бросил его в самый неподходящий момент, когда он оказался в плену, в нескольких шагах от гибели. Если честно, чувствую себя по отношению к нему предателем. Он – искренний и добрый персонаж, а я равнодушный и черствый писатель. Ох, ладно, глупости все это. Сегодня я наконец снова взялся за свой роман.
Я ехал в электричке. В окнах проплывали темные зимние деревья, заброшенные депо, гаражи, какие-то свалки, стоянки, заправки. Небо начинало темнеть; шел снег. Мы подъезжали к очередной платформе. Краем глаза я увидел, что на бетонном заборе написано что-то вроде VIT. Рядом с поездом шел по рельсам человек. Мы остановились, потом, постояв несколько секунд, снова поехали. Заработало вагонное радио, мне предложили что-то купить, платформа исчезла в надвинувшихся сумерках.
Снаружи свистел ветер. Мы набирали скорость. В полутемном вагоне, кроме меня, остались еще двое. Они тихо разговаривали, а потом замолчали. Я достал тетрадь и продолжил то, к чему уже давно не возвращался. Я стал писать. Здравствуй, мой герой. Вот и снова я…
Бессмыслица какая-то. Ни даты, ни автора. Ни начала, ни конца. Похоже на отрывок из какого-то дневника. На том, вчерашнем накопителе тоже был дневник. А писал их, случайно, не один и тот же человек? Странно все это. Странно.
Командира все не было. Я встал и заходил по комнате. Мысли мои метались от командира и моей сегодняшней участи к тому неизвестному, который непонятно где и непонятно когда писал эти слова. Я настолько глубоко погрузился в размышления, что только минут через десять понял, что что-то не так. Да, а ведь и впрямь что-то не так!
Я подошел к двери и прислушался. Тишина. Наушники были у меня в ушах, приемник по-прежнему работал, успокаивая меня своим легким шумом и потрескиванием. Но тот странный резкий писк, который напугал меня несколько минут назад, когда я подошел к электронной ловушке, больше не был слышен. Не было слышно и того зловещего гудения тока, которое недавно показалось мне влекущим зовом электронной сирены-обольстительницы. И вообще, стало как-то уж слишком тихо… Не веря себе, я поднял с полу гайку, которая тоже выпала из рюкзака, и бросил в дверной проем.
Ничего не произошло. Она с громким звуком упала на коридорный пол, прокатилась немного и застыла на одной из своих граней. Не веря глазам, я осторожно вытянул руку вперед и коснулся того места, где должна была быть смертельная пелена. Ничего. Проход был свободен.
Еще не придя в себя от удивления и радости, я собрал с дивана и пола вещи, выпавшие из рюкзака, и вышел наружу.
Коридор был пуст, все двери, кроме той, из которой вышел я, – наглухо закрыты. Меня привели оттуда… – подумал я. Значит, мне в другую сторону. Из всех моих странствий по кругам подземного ада я усвоил одно – идти нужно только вперед и никогда не возвращаться. И дорога куда-нибудь да приведет.
Коридор окончился дверью лифта. Я нажал на кнопку, подождал несколько секунд, открыл рукой решетчатые двери и вошел внутрь. Кнопок на панели было то ли шесть, то ли пять. Куда мне? Вниз. И чем глубже, тем лучше.