-Но пикетов не планируется, - улыбнулся Антон, накручивая шнурок на руку и озираясь, словно бы кого-то ища. - Не буду говорить уверенно; всегда ты это знал лучше всех других.
-Какое-то время назад - да, - с жаром сказал я. - но теперь, когда жизнь, понимаешь.
-Понимаю. Это лучше иллюзий. - сказал человек, знающий об иллюзиях очень много.
Где Антон? Он сказал мне еще вот что: это большее может быть не только общественной волной. А чем же, спросил его я. Давкой в автобусе, снегопадом, показом мод - словом, чем угодно. Я промолчал.
-Я полагаю, - начал он. - что ты на правильном пути, Беленский. Потому что ты не похож на нас. Знаешь, чем? Ты не безнадежен. То есть безнадежен, - поправился он. - но не так, как я или мой товарищ. Ты ни за что в это не поверишь, но раньше мы были примерно как ты, пока не... в общем, пока кое-что не случилось. Краб работал неистово, я учился и верил, наша любовница была, в общем-то, такой же, но про нее история другая. Я не писал такого. Крабу не нужны были письма, мы бы никогда не съехались. Ты не помнишь нас такими?
-Какими?
-Ну, с надеждами. - просто сказал Антон, пожав плечами. - До всех этих игр, до этих разочарований былых атлантов. Когда нам не надо было устраивать себе всех этих квестов вроде обмена денег на стих, чтобы любовница сказала что-то на французском и загадала загадку сфинксову, а вся пивная смотрит как на идиотов, а мы ничего такого не видим. Ну понял, в общем.
-Понял.
-Понял. - грустно повторил Антон. - Понял. Счастливый ты - я вот ничего не понимаю. Как жить не понимаю, только и знаю, что писать да писать, да откладывать в стол. У нас в квартире, - между прочим он заметил. - есть стол, всего один, настоящий Париж, если вдуматься - двое мужчин с грустной историей да женщина в настоящем, да женщина в прошлом. И один на двоих стол. Есть ящик, куда я складываю исписанные листы, есть ящик, куда кладет письма Краб. Но у нас все по-разному. У меня - неряшливо, я все мешаю и никогда не перечитываю. А у него - строгий порядок. Но он тоже не перечитывает. Да. Да.
Я осторожно поинтересовался:
-А в чем смысл?
-Да ни в чем, Женя, - как-то сказал Антон. - Ни в чем. Объяснить не могу, не касаясь этой истории. - я терпеливо ждал его истории. - Но как-нибудь в другой раз. К слову: обещают проливной ливень. Наверное, это то самое. Знаю по себе - стихи пишутся отличные, да и дождь затронет всех; это не повесть о мире без дождя, тут любая глянет в окно да поймет, что написана чистая правда.
Проводница толкалась, бедрами задевая головы пассажиров. Но ее вины в этом совсем не было: пассажиры, почему-то страшно уставшие, всегда норовят раскрывать сумки и укладывать свои вещи на полки, не дождавшись проверки билетов. Так было - так будет и впредь. Нетерпеливость пассажиров практически выведена в негласное правило; таким образом, с бедрами проводницы все были молчаливо согласны, а те, кто был попьянее - даже немного довольны.
Но перенесемся ненадолго в прошлое.
Таня решает умереть. Таня взвесила все хорошенько: у Тани не осталось ни одного действительного повода, чтобы держаться за жизнь, схватиться за нее всей хваткой, удержаться подобно листу на дереве в порыв осеннего ветра, у Тани нет как проблем, так и радостей, нет ни разочарований, ни побед, а все, что у нее осталось - лишь сплошная скука, лишь тщета и заглушаемое чувство внутри себя, против которого ей так непривычно бороться.
Да, Таня решилась! Но у Тани есть все атрибуты современной девушки: есть бесполезная учеба, любимый человек, взбалмошный брат, есть некоторые красивые вещи и некоторые некрасивые, есть кошка и даже некоторый заработок, получаемый путем перепродажи модного тряпья. Наиболее модное она даже может позволить оставить себе. У Тани есть и увлечение: она любит рисовать и петь, предпочитает красное вино белому, наслаждается блокбастерами и совсем не любит грустить. Но Таня одинока как-то по-своему, иллюстрируя тезисы о непредсказуемости и непонятности женской души. Она любит, когда ее любят дольше, нежели ее любит Антон, но и Антон - замечательный человек, замысливший написать что-то достойное ее и потому, разумеется, он никогда к подобному не приблизиться. Жизнь у Тани что надо. Именно поэтому она и решается умереть.