Пашка не успел начать лечение, как в комнату ввалился Дед.
— Готово! — и протянул Беде обувку, — примеряй.
Та сняла свои кроссовки, обула ботинки, хрустнула липучками, встала покачалась с носка на пятку.
— Дед, ты гений.
Мария чмокнула старика в щёку. Дед засмущался и ушёл к себе.
А Скорый включил Дар на полную и начал «лечить» Надежду. И тело, и душу. Закончил на полном истощении. Перед тем как потерять сознание, попросил:
— Ванесса Витольдовна, пожалуйста, объясните девочке — где она находится. Бабка её напугает, а вы сможете деликатно…
И провалился в черноту.
Глава 33.
Очнулся в своей постели. Ночь. Проснулся от ощущения, что кто–то стоит у кровати и смотрит на него.
Он слегка приоткрыл глаза, так, чтобы незаметно было, что уже не спит. В комнате — пусто.
— Что за хрень?
Ощущение не исчезло. Давило острое чувство, что некто стоит рядом и разглядывает Пашку с любопытством.
Скорый медленно сел на краю кровати, потянулся к оружейной стойке и взял кобуру со Стечей. Ещё раз внимательно огляделся в полумраке комнаты. Прошептал:
— Твою мать. Что за херня?
За спиной проснулась Танечка. Спросила напугано:
— Паша, что это?
— Ты тоже что–то чувствуешь?
— Паша, я боюсь. Кто это?
— Танечка, где он находится? Я не вижу.
Скорый вытащил из кобуры ствол, щёлкнул предохранителем. Тьма шептала:
— Он… Я не пойму…
— А что ты чувствуешь? Чего он хочет?
— Ничего. Просто смотрит.
— Злость? Враждебность?
— Нет… Любопытство.
Дверь открылась. В комнату, выставив дуло АПС, вошла Ванесса. Тоже зашептала:
— Павел Дмитриевич, что происходит?
— Не знаю Ванесса Витольдовна. Что вы чувствуете?
— Кто–то, или что–то рядом. Непонятное. Но, большое.
— Опасное?
— Кажется — нет… Не знаю.
В коридоре зашуршали шаги. Мазур шагнула в сторону от дверного проёма и прижалась спиной к стене, держа Стечкина обеими руками, стволом вверх. Напряглась.
За стеной в коридоре Беда спросила осторожно.
— Паша… К вам можно?
— Входи, Машенька. Входи.
Беда резко встала в проёме на колено, прижав АК к плечу, поводя стволом по углам. Спросила осторожно:
— Всё нормально?
— Не знаю, Маша… Кажется — не всё нормально…
Пашка щурился, пытаясь разглядеть в полутьме опасность. Включил Дар. Просканировал пространство, насколько смог. Женщины видимо занимались тем же.
Ничего.
Мария протянула руку к выключателю, но Ванесса прошептала:
— Не надо… При свете мы как на ладони…
Ввалился сонный Шило.
— Маш, ты чё вскочила?… О, блин! Чё это вы?!
Беда негромко ему ответила:
— Тихо Рома… Тихо…
Шило как кот бесшумно исчез и через пару секунд уже стоял в коридоре на колене, держа сектор входной двери Акээмом.
Рядом, как привидение встал Короткий, тоже с автоматом. Он взял на контроль окна. Спросил шёпотом:
— Направление?…
Беда ответила:
— Не пойму. Как будто рядом… Прямо в этой комнате.
— Да, — подтвердила Ванесса.
И тут все они исчезли. Короткий предупредил:
— Я нас «Лешим» накрыл.
Танечка, за Пашкиной спиной, сообщила:
— Ирония…
— Да, — подтвердила Беда, — усмешку чувствую. А вот мыслей нет… Никаких… Это странно…
В коридоре Бабка страшным шёпотом спросила:
— Бригада, вы что? Вы где?
Невидимый Короткий объяснил:
— Девчонки чувствуют что–то… Мы под «Лешим».
— Я ничего опасного не вижу. Да и вообще… На полста метров в округе — никого. А те, что дальше — спят.
Потом «догадалась»:
— Вексель, сука, что–то удумал!
Метнулась в свою комнату, выскочила с автоматом.
И тут отпустило.
— Ушёл, — объявила Тьма.
— Уф, — выдохнула Беда, — это что за жуть была? А?
Пашка помолчал. Пытался переварить. Спросил:
— Он только на меня смотрел, или как?
— Да. Он на тебя смотрел, Паша, — подтвердила Тьма.
— Да, верно, — добавила Ванесса.
Короткий спросил:
— Можно уже расходиться?
— Да, наверное.
— Пойдём, Ванесса. Ещё часа три можно поспать.
И тут на Пашку снова накатило.
— Да что ты будешь делать!!
И Танечка охнула.
— Он снова тут!
Ванесса прищурилась, поводила головой.
— Ничего не вижу.
Беда добавила:
— И я — ничего.
— Таня, а ты что чувствуешь? — спросил Скорый.
— Интерес… Любопытство.
Беда прокомментировала:
— Он от ментатов закрылся. А эмоции скрыть не может.
Ванесса сморщила лоб, подумала. Подсказала:
— Знаете Павел Дмитриевич… А вы попробуйте с ним говорить.
— С кем это — с ним?
— Ну… С тем, кто на вас смотрит.
— Вы полагаете, что это… Кто?
— У меня есть предположение, что это — Улей.
— А может, например, ментат? Мощный.
— А вы попробуйте Павел Дмитриевич. Поговорите. Просто формируйте фразы, а образы для передачи уже возникнут следом. А вы, Татьяна Викторовна, отслеживайте реакцию.
И слегка усмехнувшись, добавила:
— Интересный эксперимент…
Короткий, шепотом спросил Иглу:
— Нессочка, это то, о чём ты говорила?
— Да Аркаша. Видимо — да… Говорите, Павел Дмитриевич, говорите.