— Понятно?
— Понятно, — откликнулась бригада, и ворвалась в маркет.
В принципе, прошли неплохо.
На втором этаже, в мебельном отделе обнаружили истощавшую заражённую. Она, запертая в какой–то подсобке, не могла найти выход. За почти тридцать дней голодовки сильно потеряла в массе и еле шевелилась. Шило грубо, за ногу, вытащил полуголую шипящую тварь на улицу и там зарубил.
А дамы пошли в свадебный салон. Начали рассматривать и трогать наряды.
Бабка хмурилась. Подошёл Скорый, она ему пожаловалась.
— Нихрена себе! Ну и цены у вас, бля, на свадебный камуфляж!
— А ты Мила из какого года?
— Из девяносто восьмого.
— А чего ты тогда удивляешься? В то время люди деньги миллионами считали.
— Ничего не знаю. У нас, моя зарплата в триста десять рублей тогда считалась очень хорошей. Очень. А тут за марлю дерут, суки, как за машину.
Ванесса поправила:
— Это не марля, а шёлк. И потом, — тебе же за неё не платить. Ты бы не возмущалась, а подобрала себе что–нибудь.
— А мне–то на кой?! — вытаращила глаза Бабка.
— Знаешь, Милка… Вот понадобится внезапно, а у тебя уже есть. Поняла?
Бабка ворчала, что она старуха, что она никому не нужна. Но потом разошлась и активно включилась в примерку. Женщина.
Все женщины, без исключения, набрали для себя наряды. Полсалона упаковалось в баулы. Для мужиков тоже подобрали парадные костюмчики. Те мерить ничего не стали, просто приложили к себе. В рост нормально? Ну и пойдёт!
Закончили. Перекусили. Скорый сел за руль. И увёз команду в строительную контору. Называется «Востокстрой». Там, он помнил, есть строительные краны.
Оказалось — действительно есть. Пашка забрал со стенда в диспетчерской ключи от машин, походил по территории, попробовал заводить технику.
Выбор был. Он облюбовал шестиосник, на базе Камаза. Честно сказать, только потому. что у него оба бака были залиты под завязку. Залез в кабину крановщика, пошевелил стрелой, подтянул тросы. Проверил уровень жидкости в гидравлике, решил долить.
Долго искал, но, в конце–концов нашёл, таки, целую канистру.
Потом прокатился по ограде. Двигатель работал хорошо. Не то, чтобы прямо прекрасно, но ровно и тихо. Ни много, ни мало — два часа провозюкался.
Домой решили сегодня не возвращаться — заночевать в Отрадном.
Тьма предложила поехать в гостиницу на Советской. Мол, переночуем как люди.
Съездили. Ага. Только вошли в вестибюль и сразу же ломанулись обратно. Тошнотворная вонь от дохлятины вышибала слезу.
Тогда Беда сказала.
— А поехали обратно, в «Долину роз». Прямо в мебельном салоне и заночуем. На первом этаже лавочка с постельным бельём. Устроимся как люди. Чего ещё искать?
Так и сделали.
Бабка установила очерёдность дежурства.
— Так. Первым идёт Скорый, через два часа — Шило, ещё через два — Короткий. Я заступлю после Короткого. Дамы могут дрыхнуть.
«Дамы» даже и не думали возражать. Быстренько, на скорую руку сварганили бутербродов из галет, открыли консервы, вытащили из рюкзака Скорого примус и вскипятили чай. Поужинали.
Потом разложили диваны, сбегали за бельём, застелили и залезли под одеяла.
Тьма спросила тихонько:
— Паш, можно я с тобой посижу. Я же могу и в дороге подремать.
Пашка умилился:
— Сиди, конечно, золотце. Веселее будет.
Стемнело. Бригада засопела носами во сне. Танечка прильнула к Пашке и тоже уснула. Скорый поднял её на руки, отнёс на приготовленное ложе, снял ботинки, укрыл одеялом, чмокнул в нос. Та даже не проснулась. Набегалась бедная.
Бабка зашевелилась, села на тахте.
— Не спится что–то. Знаешь, Скорый, тут я нашла склад цемента. В мешках. Там его очень много. А нам он нужен. Стройка ведь.
— Завтра возьмём Камаз с седёлкой, я погрузчиком закидаю цемент в кузов и увезём. Это ты хорошее дело обнаружила.
— Ну, так я же логист… Я тоже в строительной конторе работала. Уже на пенсии была, а меня не отпускали. Уговаривали. У меня связи были серьёзные. Я всё могла достать. И стройматериалы, и технику. И работников найти. А теперь вот никаких связей не надо…
Бабка приюзгалась по тахте поближе к Пашке.
— Эта привычка — во всём искать выгоду, тут мне очень помогла. Тут романтики не выживают… Хотя с другой стороны — вот ты…
— Я что — романтик? — шёпотом удивился Пашка.
Женщина подумала и заявила:
— Знаешь, что я тебе скажу… Странный ты человек, Паша.
— Почему это?
— Ну-у… Если бы другие имели твои таланты… Ты стреляешь, как не знаю кто. Причём это не Дар. Это просто развитие природных способностей… Ты знахарь… Доза, к примеру, сказал, что такого знахаря в Стиксе ещё не было. И, видимо, уже не будет… Вон — Брут. Тот, которого ты укокошил на Шагане. У того был действительно дар стрелка. Не способность, а Дар! Да, да… Так он сразу возомнил о себе черт знает что. Прямо, божество какое–то… Со всеми разговаривал свысока. Всех задирал. Начал брать у торговцев всё что хочет. Потом эта история с женщиной… Он замахнулся на Светку, на жену Алмаза. Она красивая баба. И он решил, что она должна принадлежать ему. Он же лучший! Ага! Прикидываешь?.. Ясное дело — ничего он не получил. Его попытались арестовать… Он четверых убил и ушёл. Понимаешь? Человек только–только получил какой–то задрипанный Дар. Который раз в десять хуже, чем у тебя простые способности… И сразу начал использовать его во вред другим…