Она повздыхала.
— Но только после этого… Паша, мне покоя не даёт одна мысль…
— Какая, солнышко моё, мысль?
— Паша… … Мы хорошие, или плохие?
Пашка обнял голую девушку, чмокнул в щёчку.
— Мы, Танечка, хорошие.
— А тогда зачем вы так?..
Бабка объяснила:
— Чтобы нового Векселя не появилось. А если и появится, чтобы знал — какой его ждёт конец. Ты видела, что с Надеждой сделали? Видела ведь?… Вот. Так это — по его приказу.
Милка встала, вылила на себя тазик воды и категорично заявила:
— И вообще, это тебе всё приснилось. Это просто плохой сон. Поняла, пичуга?… Так. Всё. Пошли одеваться.
Одежда уже лежала на лавке, аккуратно по–армейски сложенная.
Глава 39.
Их троица ввалилась в разгромленную гостиную общежития.
Дед уже смёл в кучу осколки стёкол и куски штукатурки и, совковой лопатой, выбрасывал мусор в пустой оконный проём. Он спросил Бабку:
— Это… Как там тебя… Шеф. А в городе можно стекло достать?
— Здесь всё можно достать. Только не нужно.
Дед возмутился:
— Так — сквозняк!
— Не надо ничего, Дед. Мы уезжаем отсюда. Тут становится слишком опасно.
Дед согласно покивал.
— Да и шумно очень…
Скорый поинтересовался:
— Севостьяныч, а где остальные?
— Да вон… Во второй комнате сидят.
В каюте Беды и Шила сидела вся Бригада, включая Надежду.
Молча пододвинулись, освобождая на койках место для вошедших. Беда взяла стул и поставила его на середину. Кивнула приглашающе:
— Садись, Шеф.
Бабка уселась и первым делом спросила:
— Надя, они тебя на шоссе с собой не возили?
— Нет… А что?
— Ну, слава Богу, хоть на это ума хватило… Так. Мужики. Ну–ка объясните мне, на кой вы попёрлись на Сафоновское шоссе? И главное — зачем девчонок с собой повезли?
Шило опустил голову, часто заморгал.
— Бабка, мы же с Фуксом поехали тебя искать. А наткнулись на это…
— А что — нельзя было сориентироваться и увести женщин от этого места?
— Когда догадались… Уже поздно. Надо было от тварей отстреливаться. Они нас в клещи ухитрились… Бабка, ты не думай что мы какие–то. Я себя до сих пор проклинаю, что с Машенькой такое…
Беда его перебила:
— Бабка, не ругайся. Ничего с нами страшного не случилось. Ну подумаешь… Одна переблевалась, вторая в обморок шмякнулась. Я, например, хочу стать как Игла. Ей всё нипочём.
— Так. Ладно. Но чтобы впредь, внимательнее отслеживали обстановку и берегли психику женщин. Это вас мужики касается. Теперь дальше… Бекас, мы можем отложить твои дела на сутки? Тут видишь — что творится. Мы эту ночь должны были по делам Иглы смотаться. Но обстоятельства. Мать бы их перетак.
Кваз согласился:
— Да… В принципе — время терпит.
— Ладно, тогда сегодня ночью нас поведёт Ванесса.
Кваз повернул балду в сторону Бабки.
— Какая Ванесса? Это — та самая Ванесса?
— Да. «Та самая». И не вздумай мне про неё хоть слово плохое сказать. Понял?
Бекас дёрнул плечом.
— Да мне, собственно, всё равно.
— Ну вот. А теперь спать. Отсыпаться. Насыпаться впрок. Уже две ночи мотаемся как придурки по Улью.
Бабка внимательно посмотрела на Деда.
— А ты будешь нас охранять. Никого не впускай. Нам будут нужны свежие головы. Автомат тебе дать?
— А винтовка есть?
— Нет. Винтовки нет. Но есть один карабин Симонова. Знаком?
— Поди, разберусь. Я же деточки не какой–то пупырь валуевый. Я же воевал.
Все разошлись по каютам. Пашка вручил Деду СКС. Прошёлся досмотром по помещениям и последовательно усыпил всех. Потом и себя приголубил.
* * *
Проснулся от того, что за дверью разговаривали.
Пашка прислушался.
Дед кому–то объяснял:
— Спят все. Будить не велено.
Другой, это был явно Фукс, объяснял:
— Дед, ты просто не понимаешь — кто перед тобой. Это начальник всего города.
Дед спокойно стоял на своём:
— Ничего не знаю. У меня один начальник — Сергейчук Мила Львовна. Других мне не надоть.
Пашка чмокнул проснувшуюся Танечку.
— Лежи золотце.
В армейском темпе напялил штаны, ботинки, пристегнул кобуры, накинул куртку, вышел в коридор. Из–за своей двери выглянула Бабка.
— Скорый, кто там?
— Вроде — Фукс.
Мила исчезла на пару секунд и вышла в накинутом халатике. Скомандовала Пашке:
— Зайди в комнату, но стой у двери. Подглядывай и подслушивай.
У двери общаги, перед суровым Дедом стояли Фукс и Алмаз. За их спинами кучковалась группа личной гвардии Алмаза.
Бабка сказала: