— Пропусти, Дед. Это городская власть.
Дед сделал шаг в сторону от двери, освобождая проход.
Бабка шёпотом похвалила.
— Молодец Севостьяныч. Спасибо за службу.
Тот вытянулся, молодецки и, так же шёпотом, рявкнул:
— Рад стараться… — и сам же посмеялся.
Бабка указала на табуретки.
— Присаживайтесь. Уж извините, угощать нечем. Холодильник накрылся.
— Я по делу, — успокоил Алмаз.
— Если насчёт Векселя, то извини. Я отчитываться не собираюсь.
— Да насрать на того Векселя. Туда ему и дорога. Я… Ну во первых я пришёл сказать спасибо. Твоя бригада, можно сказать, спасла город. И особенно меня.
Алмаз встал, шагнул к Бабке и галантно поцеловал её руку.
— Второе. Твой долг считай уплачен. Ты мне ничего не должна. Не мотайся в поле, не рви жилы, работай спокойно.
Бабка подняла брови, покивала.
— Это да! Это подарок! За это, Алмаз, благодарю.
— Третье… Я по быстрому, я же понимаю, что вы ночь на ногах… Третье. Дай мне твоего ментата, — он выставил ладони, — не на совсем, не на совсем. На время. Мы решили весь чиновничий корпус и все силовые структуры проверить на лояльность.
— У тебя же Зиночка.
— Бабка, она же на внешников работает…
Бабка нахмурилась.
— А… Как же… Нихрена!
— Она фиктивно на них работает. На самом деле она наша. Мы через неё им кое–какую незначительную информацию сливаем. И дезу… Но всё равно, какой–то червячок гложет…
— Алмаз, как я могу тебе человека «дать». Это с самим ментатом надо говорить.
Бабка пошла, приоткрыла дверь в комнату молодых.
— О! Они уже оделись. Беда выйди, поговорить надо.
Вышла Маша.
— Тут городская власть просит тебя им помочь. Что скажешь?
— Надолго?
— Нет, — вступил Алмаз, — дня на три.
— Ну, хорошо. Когда начнём?
Бабка влезла в разговор:
— Погоди соглашаться. Алмаз, сколько ты ей будешь платить?
— Девушка, простите, не знаю вашего имени…
— Мария Максимовна, — представилась Беда.
— Мария Максимовна, сколько вы хотите?
Та пожала плечиками:
— Не знаю.
— По чёрной в день, — озвучила Бабка. — Это ей. И по чёрной в день её охране. Шило, иди сюда.
Вышел медведеобразный Шило, встал рядом с Марией.
— Он будет постоянно при ней, — поставила вопрос ребром Шеф.
Алмаз согласился:
— Хорошо, хорошо. Пусть будет постоянно.
— Всё?
— Нет. Бабка, ты собралась уезжать?
— Да. В городе оставаться опасно. У меня ребёнок.
— Но ведь… Опасности больше нет.
— И это, обрати внимание, заслуга не власти.
— Мила, мне нужны такие люди, как ты. Вот где этот твой стрелок?
Бабка скомандовала:
— Скорый, выйди!
Скорый вышел из комнаты.
— Вот, он у нас отвечает за боевые операции.
— Где ты такого лихого нашла… Представляешь картину — звонит сержант Мишин и утверждает, что всё КПП застрелил мужик, весь в белом. Причём стрелял из пальца. Я, честно сказать, первым делом подумал, что они там все под спеком, блин… Из пальца! Представляешь?!… Мы, как заполошные, примчались на пункт, а они спят! Бабка, поговори с ним. Я знаю, он сделает так, как ты скажешь. Пусть он ко мне идёт. А?
Бабка помотала головой.
— Не отдам. Извини, Алмаз, он мне самой нужен.
— Жалко. Ну, ладно. Не смею больше беспокоить. Спите дальше. Значит, Мария Максимовна, завтра часов с десяти и начнём.
— Хорошо.
— И это… Бабка, давай ещё вернёмся к вопросу о твоём отъезде. Пообещай.
— Хорошо. Вернёмся. Обещаю.
— Ну, ладно. Отдыхайте. У вас позади тяжёлая ночь.
И Алмаз пошел через калиточку в ограду Фукса.
Бабка пробормотала:
— У нас и впереди тяжёлая ночь.
Фукс сказал:
— Цени, Бабка. Сам глава к тебе пришёл
— Ай, — отмахнулась та, — Паша усыпи нас всех ещё разок, — и пошла в свою комнату.
Остальные тоже разбрелись.
* * *
— Паша, подъём.
Скорый проснулся, начал сосредоточенно одеваться.
Сегодня Кристинка почему–то не приснилась. Может потому, что спал днём.
А может просто боль от потери начала утихать. И бессмысленные терзания души отступили. Какой смысл? Ничего уже не вернуть.
Танечка проснулась.
— Паша, сколько времени?
— Пять, двадцать пять.
— Я остаюсь?
— Да, золотце. Мы пойдём вчетвером. Думаю — мы быстро.
Танечка откинулась на подушки и молча наблюдала за его сборами.
Он вышел в разгромленную гостиную и ещё пару минут ждал остальных, сидя на табуретке.
Четыре человека, Бабка, Игла, Короткий и Скорый, полностью экипированные, сели в пепелац, выехали за ворота и покатили туда, куда указала Ванесса. Вышли к старой молочной ферме, переделанной под склад строительных материалов. Их уже ждали. Стоящий у ворот парень приглашающе помахал рукой.