— А вот… Элита? Это что? — продолжал допытываться Скорый.
— В каком смысле «что»?
— Она–то чем отличается?
— Да, собственно, ничем. Просто крупнее… Ну, может быть, немного умнее. Шариков у неё побольше. А так… Элитой обычно называют рубера, массой свыше тонны. Размером больше лошади. Рубер — очень опасен. А элита — ещё опаснее.
Пашка с сомнением пожал плечами:
— Ну… Не знаю.
— Он ещё в задницу не попадал, — объяснил Шило. — Он четыре элиты завалил, и как–то так… Как бы между делом. Ага… Но вот, кажется мне, почему–то, что всё у него впереди. Ещё хлебнёт дерьмеца–то…
Бабка зачем–то встала.
— Так. Ладно. Теперь к делам насущным.
Оглядела собравшихся.
— Завтра едем по вопросам Бекаса. Едем все. Дед, ты с нами?
— Ну, если вы все… Тогда и я. Место–то найдётся?
— Да. Багги восьмиместная. Шило и Беда остаются.
Надежда осторожно спросила:
— И я с вами?
— Думаю, тебе лучше остаться. Посидишь у Ольги.
— А можно я поеду?
Бабка спросила у Бекаса:
— Кваз, насколько эта поездка опасна?
— Не опаснее любой другой.
— Хорошо, Надюха, ты едешь с нами. Ознакомишься… Но, смотри! Команды выполнять беспрекословно.
Надежда часто закивала в согласие.
Шило подсказал:
— Ей позывной нужен.
— Хорошо. Надя, выбирай себе погоняло.
— Что выбирать? — удивилась девочка.
— Кличку, Надя. Кличку выбирай. Только короткую.
— А можно я подумаю. Это ведь дело серьёзное…
— Хорошо. Думай.
Ещё раз осмотрела Бригаду.
— Теперь, — продолжила она, — о настроениях в бригаде. Некоторые думают, что мы чересчур жёстко…
Она покрутила рукой, подбирая слова. Короткий подсказал:
— Действуем.
— Да… Действуем… Объясняю. Улей жестокое, опасное и совершенно безжалостное место. Мы тут не живём. Мы тут выживаем. Малейшая слабина — и мы покойники. Речь идёт не о качестве жизни. Речь идёт о жизни и смерти. Да. Вот так вот — категорично. И я настроена устранять любую, даже маленькую опасность.
Она замолчала, собираясь с мыслями.
— Я предлагаю четыре правила, обязательные для соблюдения всеми членами команды. Вот прямо по пунктам…. Первое — уничтожение любой опасности и любого кто опасен… Второе — уничтожение всех и всего, что способствует опасности… Третье — уничтожение всего, что хотя бы намекает на опасность… И последний принцип — уничтожение всего, что подозрительно.
Шило восхитился:
— Ну, ты Бабка, прям философ! Блин! Так загнуть, а!
Ванесса, усмехнулась:
— Тогда придётся уничтожать всех, кто попался на глаза.
— Ты абсолютно права, — подтвердила Бабка. — Если мы твёрдо знаем, что опасности нет, тогда всё нормально. Но если у кого–то есть сомнения, — она погрозила пальцем, — то говорите сразу. И начинаем стрелять.
— А если ошибёмся? — поинтересовался Скорый. Скорее так, для проформы.
Но Бабка выдала феноменальное:
— Если ошибёмся, то нас утешит то, что мы остались живы.
Ванесса снова криво усмехнулась:
— Здесь, в Улье, лично я, всегда придерживаюсь такой жизненной позиции.
— Спасибо за поддержку, — поблагодарила Иглу Бабка. И продолжила:
— Так. Всё. Проверить обмундирование, оружие и рюкзаки. После этого — свободное время.
Пашка поднял руку.
— А пожрать что–нибудь есть?
После позднего ужина, Пашка, как ответственный за вооружение, прошёлся по кабинетам и проверил стволы на предмет чистоты и смазки. Деду предложил взять АКМ. Благо в запасе лежало штук десять. Но старикан не стал менять свой СКС на что–то другое.
А вот кваз охотно обменял свой Хеклер Кох на пулемёт Корд. Вытащил его из подсобки и принялся начищать. Объяснил, что давно хотел такой, да всё денег не хватало, чтобы приобрести.
Пашка удивился такой постановке вопроса.
— В гильдии не хватало денег на хорошее оружие?
На что кваз ответил:
— А ты видел, какой дом у Квадра? Или его БТР? Представляешь — сколько он стоит?
— Понятно… — дошло до Пашки. — Всё, как на земле. А, кстати, что за позывной такой странный? Квадр.
— Так он хотел квазом стать. Четыре раза намеревался и четыре раза отказывался. Трусил, наверное. Ну, кто–то и сказал, — ты не кваз, мол, ты квадр. Ну, и прилипло.
Скорый, согласно покивал.
— Понятно. Ладно. О покойных или ничего, или хрен на него.
Скорый, заодно, проверил укладку рюкзаков и наполненность магазинов и обойм.
И только после этого отправился к себе, холить свою сайгу и стечкины.
А после профилактики оружия он последовательно прошёлся по комнатам и наложил на всех крепкий здоровый сон.
Конечно, кроме Беды и Шила. Пусть веселятся…