Разбудил его шепот женщин.
— Не надо, — говорила Танечка, — пусть поспит. Он выматывает себя своим даром. Надо ему выходной устроить. Капитальный выходной.
Бабка отвечала:
— Да я же всё вижу. Вон у него чернота под глазами…
Пашка приоткрыл веки. Бабка сидела перед ним на коленях и горько смотрела на стрелка–знахаря. Горько, но с такой нежностью и любовью, что у Скорого хандра как–то отступила.
— Спи, Пашенька. Спи, родной. Мы на завтрак тебя разбудим…
Погладила по руке.
Скорый прислушался к себе — да, надо бы ещё вздремнуть. Немного не добрал. И выключил снова свои мозги.
Проснулся сам, когда запахло чем–то вкусным.
Встал, размялся, помахал руками, повертел головой и потелепался мыться–бриться.
Когда сел за стол на своё место, Ванесса спросила:
— Павел Дмитриевич, как вы себя чувствуете?
Пашка вздохнул:
— Нормально.
Бабка не согласилась:
— Да ничего не нормально. В гроб краше кладут. Сегодня ничего не будешь делать. Отдохни денёк. Договорились?
Пашка молча покивал.
На кухне что–то щёлкнуло. Бабка огорчённо помотала головой:
— За утро, уже третий раз.
И крикнула в сторону кухни:
— Сырчикова! Ну, что ты всё щёлкаешь?! Ты хочешь опять в обморок брякнуться?!
— Ой, — отвечала Надежда, — скажите уж прямо — сахару пожалели.
— Ну, вот что ты с ней будешь делать?! Иди сюда! Щёлкалка… Завтракай, давай!
Надя уселась на место, отрезала себе кусок омлета, подвинула тарелку… И, вместо того, чтобы есть, начала раскладывать у себя перед носом золотые серёжки, колечки, цепочки…
— Ну и зачем ты их наклепала?
— Так золото же!
— Если ты уж так хочешь золота, то поехали в Отрадный, вынесешь целый ювелирный магазин.
Габри прямо вспыхнула энтузиазмом:
— А что — так можно?!
— Сейчас мы попрёмся за цементом, завезём тебя в какую–нибудь ювелирку. Повеселишься. А эти эксперименты заканчивай. Запас здоровья у тебя не бесконечный.
Надежда очеканила:
— Не волнуйтесь, Шеф. Всё под контролем.
Бригада посмеялась. Бабка сказала Павлу:
— А ты сиди дома. Уже на покойника начал походить.
Пашка не стал возражать. Что–то он сегодня не в себе.
— Так. Ладно. Планёрка… Я с Шилом и Коротким в Отрадный за цементом. Потом, когда приедем, пойду в Администрацию… Короткий?
— После Отрадного мне надо мощный преобразователь собрать и трансформатор. Повесить распределительный щит. Заделать дыру в баке и поставить в него электрический нагреватель. Я бы хотел, чтобы мне Скорый помог, но раз у него выходной…
— Я помогу, — обещал Скорый. На возмущённые фырканья женщин, успокоил:
— Я просто сегодня не буду использовать Дар. А железяки таскать, — это не работа.
— Ладно. Помогай. Что у тебя Игла?
— Мне надо с начальником МЧС встретиться. И потом, с Марией Максимовной, проверим ещё раз всё приготовленное. Сделаем инвентаризацию с переписью. Мне нужен транспорт.
— Возьми один броневик.
— Потом надо куда–то всё имущество переместить. В одно место, чтобы не собирать по всему Полису…
Бабка поинтересовалась.
— Школа пойдёт?
— Ну… — удивилась Игла — Да, пойдёт.
— Я сегодня, после поездки поговорю с Алмазом. Хочу здание школы прибрать к рукам… Теперь ты, Беда.
— Я с утра с Яной к Гоги сбегаем, закончим там проверку. А потом — с Ванессой Витольдовной.
— Ясно… Шило, ты как?
— Как, как? Я с тобой, в Отрадный. А потом к Игле подключусь. Там же всё раскладывать надо… Кстати… А что там в школе? Гвоздь, что — съехал куда–то?
Бабка тяжко вздохнула:
— Съехал он, Ромочка… На тот свет.
— А вся его банда?
— Следом за ним…
— Твою же копалку… Это твоя работа?… А почему мы не в курсе?
— Ой, Шило. О каждом пустяке я буду, прямо, сообщать.
Шило возмущённо потряс головой, пошипел, поматерился тихонько, себе под нос.
— Тьма, что у тебя? — продолжила Бабка.
— Моя задача — кормить. Кормить, кормить и кормить. Габри — со мной.
— Так тебе, что — ничего привезти не надо.
Таня спохватилась:
— Как это не надо! Крупа, макаронка… Мука, сухофрукты, сухое молоко…
— Сахар, — перебила Надюшка.
— Тушёнка, консервы, — подолжила Тьма. — Первым делом — всё, что мясное или рыбное.
— Ясно, — резюмировала Бабка. — Разбомбим несколько гастрономов. Нагрузим полный прицеп… Ты Скорый?
— Схожу с утра в церковь. Поговорю с Ефремом.
— Насчёт свадьбы?
— Да. Насчёт её… А потом с Коротким буду шариться по стройке.
Бабка погрозила:
— Только, Скорый, никаких лечений…
— Хорошо, хорошо. Никаких.