Подбежал Шпатель:
— Скорый, цемент нужен. Эта партия скоро кончится.
— Где–то в обед, подвезут.
— Отлично, отлично, — и умчался.
А через пару минут рабочие заорали, заматерились. Что–то произошло.
Павел выскочил через дверной проём на улицу, посмотрел на орущих на стене каменщиков:
— Эй! Мужики! Что случилось!?
— К черноте выскочи! Сам охренеешь!
Скорый побежал к огороженному пятну черноты, на ходу снимая с предохранителей апээсы.
Метрах в десяти от крепостной стены, и недалеко от огороженной запретной зоны, полыхало метровое голубое пятно портала. Пашка подлетел к сияющему кругу, встал сбоку, выхватил стволы, приготовился. Из круга вылез кваз, огляделся.
— О! Скорый! Мы что — правильно попали?!
Пашка сунул пистолеты в кобуры. Заулыбался:
— Костя! Привет! Не то, чтобы правильно, а охренеть как удачно!!
Пашка жал лапу кваза.
— Ты какой?
— Двадцать третий.
— Пошли, расскажешь как у вас там дела.
— Не. Не могу. Надо сообщить, что мы нашли линию, расстояние и место. Там же Седьмой, портал держит. А ты знаешь что? Ты пометь точку выхода. Видел как у нас — столбиками.
Двадцать третий сам осмотрел место, и ткнул в двух местах своим тесаком.
— Вот тут.
— Отлично, — сиял Пашка, — Ну вы ребята — молодцы! Просто — гении!
— Да ладно… Не перехвали. Всё, я пошёл.
И полуящер полез обратно в плоскость «Кратова». Или «Крайтона», хрен её запомнишь.
Подбежала толпа работяг.
— Это что было? — наседал Шпатель.
— Так. Мужики. Успокойтесь. Это ко мне кореш заглянул. Попроведал. Ничего страшного не произошло. Честно.
— Нихрена себе, у тебя кореша! Я лично уже думал, что оттуда… Ну… Из этой фуйни…
— Из портала, — поправил Скорый.
— Да хоть из «хрентала». Я же думал что сейчас к нам толпа этих тварей полезет.
Пашка заржал:
— Ну, вы даёте, блин. Ха–ха. В штаны не наклали?
Шпатель ответил за всех:
— Не наклали Скорый, но были уже на грани…
Вся кодла ржала как табун жеребцов при виде кобылы.
Тут вперёд выскочил шустрый Бром:
— А как он это делает?
— А вот фиг его знает «как». Мне кажется он и сам нихрена не понимает. Мотается туда–сюда по Улью и балду себе философией не заморачивает…
Строители ещё поржали. Постебались над ситуацией, как это принято у нормальных мужиков, поизощрялись в остроумии и разошлись по рабочим местам.
А Пашка выпросил у Шпателя лопату, нашел два обрезка чугунной канализационной трубы и вкопал их в места, указанные квазом. Подумал:
— Достану белил и покрашу. Надо Шпателя сросить, где здесь ангар металлический можно найти.
Шпатель объяснил, что ангар есть в Сафоново. На территории теплоконтроля. Правда небольшой.
— Сколько метров?
— Ну… Метров так… Двадцать пять — тридцать. Шириной метров двенадцать.
— Сможешь перетащить и установить здесь? Вот тут, где столбики, — будет задняя стенка ангара. Ну, можно к крепостной отступить, примерно на метр.
— Да без проблем. Завтра же сгоняю. Только работников надо ещё нанять. Бабка будет не против?
— Вот тут она точно будет «не против»!
Пашка пошёл попроведать Танечку. Заглянул на кухню.
— Ты чего, Паш?
— Соскучился. Обнять можно?
— Ну, обними, — заулыбалась Тьма. — Что, ожил маленько? На вот, шоколадку съешь — восстанавливай энергию.
И Пашка с шоколадкой и с чаем, потом со второй, потом с третьей, надолго завис на кухне, болтая с Танечкой о разном.
Из Отрадного припозднились. До обеда не управились, подкатили только к четырём.
Больше всех была довольна Габри. Она зашла в общагу, сгибаясь под тяжестью рюкзака. Все над ней посмеивались. А Шило ещё и поддразнил:
— Пиастррры, пиастррры. Хе–хе–хе.
Надежда заволокла драгоценности в свою комнату. И вышла оттуда уставшая, но улыбающаяся. Посмотрела на шутников слегка задрав носик, усмехнулась как на несмышлёнышей:
— Вы зря смеётесь. Я теперь очень богатая.
Все зафыркали. Честно сказать — разочаровывать девочку не хотелось. Бабка рассказала:
— Два магазина девочка ограбила. Непонятно только куда всё это девать и кому оно пригодится. Но если хочет, то пусть. Нам этого ребёнка надо баловать.
Все уселись за стол. Поздний обед.
Пашка рассказал о разговоре с Алмазом.
Бабка решила:
— Сейчас к нему схожу. Поболтаю о том, о сём. И, попутно, у него школу выцыганю, под размещение беженцев. Сделаем там лазарет, для тяжёлых. Это будет Ванкина контора. Временно… А может и навсегда.
Тут подъехали и женщины с лёгкой на помине Ванессой.
Мазур, с Бедой и Яной, доложили, что фактически закончили подготовку. А Бабка просветила их насчёт матрасов.