— Как это «меняется»?
Короткий встал, покопался на полке, протянул Пашке бинокль. Они вышли из ангара, и Короткий ткнул пальцем.
— Посмотри туда.
Пашка приложился к окулярам. На дальнем русле черноты, шириной метров пятнадцать, стоял абсолютно чёрный БТР, как будто вырубленный из одного куска угля. Рядом, прислонившись к колесу и вытянув ноги, сидела антрацитово–чёрная скульптура бойца.
— Увидел?
— Да.
— Всё, что попадает во тьму, становится черным стеклом. Так что, задерживаться в ней не следует. А вот усиление токов я использую. Всё просто. Аккумулятор, преобразователь и провод проложенный вплотную вдоль границы тьмы. Вон та, якобы оборванная линия… Потом через понижающий трансформатор и выпрямитель, подзаряжается аккумулятор. Представляешь? Вечный двигатель.
Короткий хохотнул.
— Когда я экспериментировал, у меня первая батарея так рванула, что пришлось камуфляж выбрасывать. Ох, Бабка и материлась. Но параметры тока и напряжения я успел снять. А дальше — просто.
— Ясно. А, например, экранироваться от этого… поля? Никак нельзя?
— Ты же сам видел БТР. Куда уж больше экранироваться? Только об этом — никому. Эта информация стоит столько, что вся бригада лет сто может жить — вот так.
Короткий показал ладонью выше головы. Потом поморщился и снова уселся, потирая ногу.
— А ты, Скорый, сделай доброе дело. Выпотроши тварей. Пока время есть. Там, под Бабкиной кроватью ящик, в него ссыплешь добычу. Только рассортируй. Вот, возьми мой ножичек.
Короткий вынул из ножен и протянул Пашке свой тесак.
— Смотри, он острый, как бритва. Я потом тебе такой же сделаю.
Дугин забрал мачете и пошел в сторону коттеджа.
Но остановился и обернулся.
— Слушай, Короткий, у меня ещё один вопрос. А как вы это бомбоубежище выкопали?
— А мы его не выкапывали. Его Бабка случайно нашла. Мы уже на Куране полгода обретались, когда подвал обнаружили. Тут какой–то бей жил.
— На каком «Куране»?
— Это село так называется. Куран.
— Ага.
И Пашка побрёл потрошить исчадий.
Когда спустился в подвал с ведром, на дне которого перекатывались трофейные шарики, и выдвинул ящик из–под боеприпасов, Бабка сразу спросила:
— Ну, что там у нас?
Пашка отчитался.
— Две зелёных, одиннадцать красных, пятьдесят четыре чёрные, сто десять споранов, сто пятьдесят четыре штуки гороха и пятьдесят девять ниток янтаря.
— Да… Ничего себе добыча. Дай мне сразу зелёную.
Пашка принёс воды и скормил бабке изумрудный шарик.
Та, после приёма жемчуга, тяжело откинулась на подушку.
— Уф. Голова кругом. Спек, будь он проклят…
Потом посмотрела на Дугина как–то так… Виновато.
— Скорый, ты прости меня.
— Кха, — поперхнулся Пашка. — За что?
— Я могла уйти от боя. Но я понадеялась только на тебя. Без тебя, я бы никогда не стала связываться с бандой муров. А тут, решила рискнуть. Вот и подвела всех… Чуть не погибли.
— Да ладно тебе. Кто не рискует, тот не пьёт это… живец… И не колется спеком.
И они на пару тихо посмеялись. Потому, что Шило и Беда спали.
Пашка провел ещё один сеанс, выложившись по полной. И упал на матрас обессиленный, но со странным чувством удовлетворения.
Трещина в позвонке у Беды затянулась.
Компрессионный перелом позвоночника в шейном отделе у Бабки исчез. Остался только не полностью приросшим остистый отросток. Переломанная челюсть срослась. Сломанная переносица приняла совершенно нормальный вид. Держалась только небольшая припухлость лица.
Переломанные позвонки у Шила окончательно восстановились. Только на ногах мускулы сформировались ещё не полностью.
Так что Пашка вполне справедливо гордился своей работой.
Когда он, отдохнувший, встал со своего собачьего матрасика, Бабка подсказала:
— Скорый, ты сходи к Короткому. Ты ему там зачем–то нужен.
Пашка удивился:
— А ты откуда знаешь?
— Чувствую. У меня, после последней зелёной, как–то… зрение изменилось. Я ещё толком не разобралась. Ещё экспериментирую. Но к Короткому ты иди, а то он сам сюда прителепается.
И Пашка пошёл к Короткому.
Тот выходил из ангара.
— О! А я как раз за тобой собрался.
— Это не совпадение, Короткий, — задумчиво сообщил Скорый, — это меня Бабка послала. Сказала, что я тебе нужен.
Короткий хмыкнул:
— Ты там, что — зелёный жемчуг нарезал?
— Две штуки…
— Интересно, что с Бабкой будет после десятка зелёных. Может она начнёт не только мысли читать, но и диктовать? Ну ладно… Я вот что тебе хочу сказать. Мы всё придумывали, как установить корд, и чтобы ты вокруг него бегал. А если наоборот? Ты сидишь на месте, а Пулемёт вокруг тебя ходит.