И Короткий продемонстрировал Пашке мотоциклетный обод без спиц.
— Вот по такому желобу. А?
— Как ты эту проблему решишь?
— Вот смотри, — и Короткий протянул листок бумаги с чертежом.
— А где подшипники взять?
— Пару с той бедняги, на которой муры сюда проскочили. С передних колёс. А ещё пару с шохи, которая стоит вон в том гаражике. Снимешь? Там подшипники хорошие, герметичные. Инструмент вон в том красном ящике. Съёмник — там же.
И Пашка отправился разбирать технику.
Вернулся с запчастями и с ободом от колеса тракторных граблей.
Короткий обрадовался:
— О! Это хорошая штука. А вторая там не найдётся?
Пашка пошёл и открутил второй обод.
Провозились до темна.
Когда закончили, Скорый встал за пулемёт, повертел его вверх–вниз, вправо–влево. Крутанул вокруг себя. Конструкция исправно работала.
Пашка дёрнул трос доводки, прицелился в старый «Беларусь», стоящий без колёс у ржавой водонапорной башни, резко нажал и отпустил гашетку. Корд стуканул с лёгкой шепелявостью. В блоке цилиндров образовалась дыра от которой побежала сетка трещин. Скорый удовлетворённо кивнул — попал точно туда, куда и целил.
— Ну, как? Нормально? — беспокоился Короткий.
— Более чем.
— Тогда поехали домой. Что–то есть хочется. Мы же только позавтракали.
— Погоди, я апээсы ещё пристреляю.
Пашка подобрал три полиэтиленовых бутылки, и десяток камней. Пошёл установил всё это на валяющемся бетонном столбе отстрелял в сумерках из каждого своего короткоствола по пятку патронов. Пистолеты показали себя прекрасно.
Мужики сели в обновлённую багги и покатили к подвалу.
Ввалились в спальню. Короткий сразу спросил:
— Поужинать есть чем?
Шило беззаботно отмахнулся:
— А вон — Скорый сейчас сварит.
Тот удивился:
— Вы что, всю кастрюлю каши уметнули?
Шило в ответ возмущённо развёл руками:
— Ну, знаешь! Ты уже каши, блин, пожалел!
Пашка пошёл на склад, принёс рыбных консервов и сухарей. Тем они с Коротким и поужинали.
Скорый указал Марие, читающей какую–то брошюрку:
— Беда, не читай лёжа. Зрение испортишь.
Та буркнула:
— Ты прямо, как моя мама. Да чтобы тут зрение испортить это надо глаза повыкалывать. Это же Улей.
Шило одобрил:
— Беда правильно просекла фишку.
Короткий съел скумбрию в масле.
— Ты тут доедай, а я неваляшку пригоню. Её надо разгрузить и спрятать в сарай. Павел быстро доел банку и пошёл помогать. Разгрузили и спрятали.
Закончив все работы, Пашка ещё раз полечил раненных и, уставший, завалился на свой матрас.
Но уснуть не дал Короткий. Он зашипел.
— А, черт! Забыл!
— Что?
— Гильзы! Они же будут сыпаться на головы. Горячие.
Встал и пошёл на склад. Пашка следом.
Короткий нашёл небольшой брезентовый мешок и кусок проволоки шестимиллиметровки. Продев железяку в горловину мешка, он прямо руками изогнул пруток в два крюка. Пошли к пепелацу, и при свете фонарика попробовали установить приспособление на пулемёт.
Получилось. Только рожки Пашка обмотал изолентой, чтобы не карябали воронение.
И изобретатели отправились отдыхать.
* * *
Легли спать рано, решив завтра выехать сразу после восхода.
Но вот — не спалось.
Пашка не выдержал, заговорил:
— Слушайте, а вот куда мы торопимся? У вас в ящике этих жемчугов, просто уйма.
Бабка пояснила:
— Четыре года собираю. На всём экономлю.
— Но ведь можно спокойно жить. Не надрываясь, не рискуя. Глотать «красные», пить горох, расти, совершенствоваться. Какой смысл в этой гонке?
Вся команда молчала.
Потом Бабка сказала в темноте:
— Нам… Мне… Нужна белая жемчужина. Сами мы добыть её не можем. Силы не те. Так что — придётся купить. Сейчас у нас есть средства для покупки. Особенно после твоих «подвигов». Завтра поедем в Полис торговаться…
— С кем?
— С главой Полиса — Алмазом. Но, вернее всего, придётся контактировать с его заместителем — Авраамом.
— Еврей, что ли?
— Не знаю. Да мне всё равно. Мне нужна белая жемчужина. Кровь из носу.
— А что она даёт?
— Она даёт новый дар. Очень сильный дар. Какой? Заранее неизвестно. Но, дело не в этом. Дело в детях…
Беда свесилась с кровати.
— А что с детьми?
— Дело–то, в принципе, даже не в детях, а в их весе. Всё живое, что превышает весом примерно пятнадцать килограмм… Начинает мутировать в тварь. Спасение только в белой жемчужине. Ребёнок, проглотивший жемчужину, становится иммунным. Ещё не обращённый новик, тоже становится иммунным. Не превращается в безмозглое чудовище… А у меня в Полисе — внучка.