Пёс, услышав свою кличку, заизвивался ещё пуще, и снова обработал языком Машкину физиономию. Та уворачивалась как могла, правда безуспешно. Поделилась с товарищами.
— Всю жизнь мечтала о такой собаке. Разве можно было подумать, что тут…
Около часа катились расслаблено. Мария даже задремала. Тоби тоже свернулся у неё на коленях калачиком.
Внезапно до Пашки дошло одно странное несоответствие. Он аж подскочил.
— Слушайте. У меня что–то не стыкуется.
Шило оглянулся подозрительно.
— Это, в каком месте у тебя там «не стыкуется»?
— Вот смотрите. Муры ловят людей, так?… И отдают внешникам. Те их разбирают на органы, так?
— Нет, не так, — поправила Бабка. — Внешники не убивают людей. Они их запирают на «ферме». Это недалеко от нашего чёрного острова. Но есть фермы и ещё где–то… И там постепенно вырезают запчасти. Например, почку отчекрыжат, и ждут, пока новая вырастет. Потом — снова. У нас же регенерация. И так продолжается… Ну, с год примерно.
— А потом?
— А потом донор умирает. Естественно! Ни один организм не выдержит такого издевательства. Да и живчика дают мало. Только–только, чтобы не загнулись.
— Ну, ладно. Это мне понятно. Мне не понятно — куда они органы девают. Куда они их?
— Как «куда»? Продают.
— А кому?! Кому нахрен в Улье нужны донорские органы? Какой дурак их будет покупать?
— Они на землю их продают. В свой мир.
Пашка окончательно офигел.
— Э… Не понял… Существуют проходы в нормальные миры?
— Да, Скорый. Эти фермеры, мать их, они из какого–то нормального внешнего мира. Оттого и «внешники». Есть порталы. Есть портальщики, открывающие порталы. Есть аппаратура, создающая порталы. Много чего есть в этом грёбаном Улье.
— Вот это да…
Скорый откинулся на спинку кресла, переваривая новую информацию.
— Выходит — они поникают в Улей…
— Ну, те, кому всё это хозяйство принадлежит, никуда не проникают. Они спокойно сидят в своём мире и наслаждаются богатством.
— Это–то понятно. Но ведь они рискуют уничтожить свой собственный мир. Представляете — если что–то пойдёт не так, и зараза проникнет через портал?
— Деньги, Скорый… Деньги оправдывают любой риск. Особенно если рискуешь не собой. Представляешь, какие деньги делают эти твари на наших уникальных сердцах, почках, селезёнках?
— Но… Они ведь… Органы, они же заражены.
— А вот тут — я не знаю. На эту тему поговори с Ванессой. Я не в курсе. Меня это не беспокоит… Меня больше беспокоит — в какую задницу мы залезем с информацией, что нам дал этот «Восемнадцатый». Вот — проблема. С кучей неизвестных… Кишками чувствую неприятности. Но и выгоду чувствую.
Глава 22.
В город их пропустили без проверки и даже без очереди.
У ворот стоял караван из десятка грузовиков, но для бабки открыли вторую створку и бригада осторожно, не задевая груженых машин, проскользнула внутрь.
Караванщики загомонили:
— А почему это вдруг Бабку без очереди?!
Дежурный начальник КПП, которого Бабка назвала «Гравёр», строго объяснил:
— Она, на государственной службе.
— Вон оно!
Кто–то добавил:
— Так к этому всё и шло!
Бабка буркнула:
— Философы, блин.
Сёма, в своей кабинке с кассовым аппаратом, оплаты не взял. Сослался на приказ самого Алмаза.
— Ну и ладно, — резюмировала Бабка, — мелочь, а приятно.
Сразу поехали к Алмазу.
Бабка с Бедой унесли подарки, а мужчины остались сторожить состав.
В общаге, женщины принялись разбирать привезённое. Что–то оставляли, для личного пользования, а большую часть продуктов приготовились отнести Ольге.
Мужики отогнали багги в гараж и оставили разбор всего добытого железа на завтра.
Собрались в гостиной.
— Так. Ладно. Пошли к Ольге. Там и повечеряем. Я, лично, только чайку попью.
Завалились в дом всей компанией.
— Привет, хозяева! — объявила Бабка.
Ольга вышла из кухни.
— О! Вовремя. Я плову наварила. На вас рассчитывала.
Из противоположной комнаты появился Фукс. Поздоровался.
— Проходите.
Сверху спустились Ванесса и Таня. Ванесса несла на руках Анечку.
Анюта сползла с рук Ванессы и замерла, широко открыв глаза. Прошептала:
— Это мне?
— Да золотце, — обняла её Бабка. — Тут и куклы, и настольные игры, и…
— Нет, — остановила девочка, — собачка?
И только тут вспомнили про Тобика.
Кобелёк проскользнул в дом за бригадой, а в незнакомой обстановке засмущался и спрятался за сумкой у Машиных ног, осторожно выглядывая одним глазом. Но ребёнок сразу увидел главное «сокровище», добытое в поездке.