— Я заранее прошу у тебя прощения за то, что тебе придется увидеть.
Перед самым большим из надгробий туман рассеялся, и над полом показалась голова мужчины. Он медленно поднялся во весь рост. На вид ему было около сорока, как и ее отцу. В руке бедолага держал череп. Моргая на ярком свету, он растерянно молчал некоторое время и затем начал монолог скрежещущим, прерывистым голосом:
— Бедный Йорик…
Морт тихо застонал от ярости.
— Я знал его… когда-то… — произнес несчастный мертвец, морща лоб в попытках вспомнить слова. — Человек… бесконечного… э-э-э… остроумия. Ха! Ха!
Затем он высоко поднял череп в руках и напряженно посмотрел в зрительный зал. За первыми столами смеялись, и он не мог не слышать этого.
Ведущий подошел к нему.
— Леди и джентльмены, позвольте представить вам Герберта. Он работал аудитором в департаменте государственных сборов. Его главное достоинство — идеальное знание корпоративных налогов. Если вы не хотите связываться с дядей Сэмом из-за лишнего миллиона долларов, этот Воскрешенный — для вас. — Он сделал паузу и выкрикнул: — Есть ли стартовая цена?
— Десять тысяч! — крикнул кто-то.
— Одиннадцать.
Они правда хотят его купить.Райли понимала, что этот момент наступит, но видеть все своими глазами оказалось слишком. Когда ее желудок перекувырнулся, она попыталась сжать живот обеими руками и уткнулась лбом в колени.
— Туалет? — взмолилась она.
Морт указал направление, и она пустилась бегом по лестнице. Ей вслед раздавались объявления цены. Райли из последних сил толкнула дверь в женский туалет.
— Восемнадцать тысяч!
Желудок передумал бунтовать, она умылась ледяной водой и оставила лицо высыхать на воздухе. Разглядывая себя в зеркало, Райли ужаснулась собственным мыслям.
Как они могли продать ее отца? Получите в распоряжение собственного легендарного ловца демонов! Познайте секреты Преисподней!В каком качестве его будут выставлять: как историка — знатока Гражданской войны или репетитора для детей?
Последовала новая волна органной музыки и шум аплодисментов. Эти торги были закончены. Райли проковыляла на свое место, по дороге наступив Морту на носки ботинок и извинившись. Заключительная цена высвечивалась на надгробии в центре сцены: восемьдесят пять тысяч долларов.
Все стремятся заработать на смерти.Продавец мертвецов на ярмарке был прав.
— И кому все это достанется? — сжав зубы, процедила она. — Вам, ребята?
Морт покачал головой:
— Семья получит восемьдесят пять процентов, без налогов.
— Они согласились на это? Да как они смогли?
— Этого хотел сам Герберт, — раздался сзади ледяной голос леди Торин. — Он хотел позаботиться о жене и детях даже после смерти.
— Но для этого существует страховка, — возразила Райли.
— Да, но он решил принять дополнительные меры. Я жалею только об одном: что не удалось устроить частную продажу. Это не так унизительно.
— А что будет через год? Он кончит в мусорной яме?
Некромантша придвинулась так близко, что Райли почувствовала исходивший от нее запах виски. Но куда больше ее напугало легкое покалывание, вызванное магической силой.
— Мои люди не оказываются в мусорных ямах, мисс Блэкторн. С ними обращаются в соответствии с их прежним положением. И не смейте подозревать меня в равнодушии, вы поняли?
Райли растерянно кивнула.
— Простите. Я не…
— Вы, похоже, не думаете головой, иначе не рискнули бы сказать мне такое.
— А почему бы и нет? Я уже оскорбила Озимандиа, и мне нечего терять.
Да что с моим языком сегодня?
Она зажмурилась, готовясь к чему угодно. Может быть, теперь она всю жизнь проходит с меховым хвостом. Наверняка он будет отличаться по цвету от волос.
Вместо этого она услышала сухой смешок.
— Мортимер, а ты умеешь их выбирать.
Следующим Воскрешенным оказался парень ненамного старше Райли. Держа в руках бутафорский меч как швабру, он шатался по сцене, перевирая строки из Шекспира. Он ушел с аукциона за пять тысяч, в основном благодаря своим умениям садовника. Когда дело дошло до седьмого лота, Райли всерьез пожалела, что ей не исполнился двадцать один год. Без алкоголя это зрелище превращалось в пытку.
Затем было продано еще трое. Райли подскакивала на месте от нетерпения.
— Папа здесь? — спросила она. Морт покачал головой, и она нахмурилась. — Когда ты об этом узнал?