Огр склонил голову набок, будто прислушивался к человеческому голосу. Антона всегда умиляла эта поза. Он протянул руку и потрепал Огра за шерсть на шее.
– Только знаешь, что я тебе скажу, псина? Я не очень в твою искренность верю. Потому что ты врун и подлиза. Ты избалованная собака, ты привык пользоваться людьми для удовлетворения своих потребностей. Не так?
Огр открыл и закрыл пасть, как будто решил тявкнуть, а потом передумал.
– Это ты возразил или хотел согласиться? Возражать бесполезно, – наставительно говорил Антон. – Эти твои телячьи нежности, которые ты тут недавно проявлял, измусолив мне лицо и заставив испачкать штаны, были нацелены на одно. На то, чтобы я повел тебя гулять. А вот шиш тебе!
Антон сложил дулю из трех пальцев и сунул собаке под нос. Огр тут же игриво и очень аккуратно схватил руку зубами и легонько заурчал.
– Тихо, тихо ты! Зверюга! Руку оторвешь. Ну вот! Теперь вся рука в слюнях. И все равно не пойдем. Я устал, я весь день на ногах, я…
Огр мгновенно вскочил и отбежал к одиноко стоявшей во дворе машине. Он переводил взгляд с нее на Антона и назад. Как будто понял слова и предлагал, коль устал, поехать гулять на машине.
– Вот и думай, что вы ничего не понимаете, – проворчал Антон, поднимаясь с земли. – А вы, кажется, все понимаете. И при вас лишнего болтать нельзя. Хорошо еще, что вы говорить не умеете. Или писать. Давно бы все наши тайны разболтали. Или нет?
Огр растопырил все четыре лапы и очень убедительно потряс головой. Послышалось громкое хлюпанье или шлепанье его щек. Наверное, обещал не разбалтывать.
Когда джинсы были выстираны и уже сушились на веревке, Антон уселся за ноутбук. То, что он оставил сегодня Огра дома, давало гарантию, что в дом никто не проникал. Но это сегодня, а завтра? То, что кто-то за ним все равно пытался следить, позволяло предположить, что рано или поздно обыск в доме устроят. Значит, надо ноутбук прятать очень надежно или брать с собой. Нет уж, надежнее прятать здесь. Например, в сарае. Вон из сеней есть же отдельный вход в дровяной сарай. Надо подумать.
…Быков, как и договаривались, был на месте. На Антона с экрана ноутбука смотрело усталое лицо шефа с покрасневшими от бессонницы веками.
– Ну как ты там? – спросил полковник. – Есть зацепки?
– Думаю, что соберу ряд показаний и улик. В принципе, мне ясен круг лиц, которые попали под давление и на которых оказывалось давление криминальным способом. Кое-какие признания самих преступников уже есть на видео. Будут и еще. Я понимаю, что для суда это не определяющий фактор, но как ценный довесок пригодится.
– Довески, они довесками и останутся, – проворчал Быков. – Нам нужно преступников за руку поймать, взять с поличным – вот твоя задача.
– Возьмем, Алексей Алексеевич, – пообещал Антон. – Они себя тут чувствуют очень вольготно. Ничего и никого не опасаются, потому действуют очень радикальными методами. Когда существует угроза жене, дочери, то редкий человек будет что-то предпринимать и сопротивляться. Никто не хочет рисковать опять же потому, что понимают, насколько здесь срослись криминал и власть. У меня к вам просьба, Алексей Алексеевич. Если будет такая возможность, постарайтесь поднять материалы по ДТП на трассе возле Харитонова двухмесячной давности. В результате этой аварии погиб некто Иван Христофорович Беклемишев.
– Беклемишев? – наморщил лоб Быков и стал смотреть перед собой в стол. – Беклемишев, помню.
– В смысле?
– Что ты глаза округляешь? – грустно усмехнулся Быков. – Думаешь, что я тебя туда отправил и успокоился? По Харитонову много людей работает кроме тебя. А сводку по несчастным случаям и другим ЧП в Харитонове и его окрестностях я собрал и проанализировал. Был там такой момент. А чем тебя этот случай заинтересовал?
– Беклемишев был местной знаменитостью, в определенном смысле. Ученый, бывший преподаватель Екатеринбургского университета, он осел в Харитонове по вполне объяснимым причинам, и не о них сейчас речь. Он тут занялся, как специалист, изучением окрестностей, прославился как краевед. И я так понял, что Беклемишев инициировал вопрос сохранения реликтового урочища Красная скала. Он пробивал решение о присвоении урочищу статуса заповедной территории: национального парка или чего-то подобного. И вроде у него это начало получаться в правительстве области. А потом он погибает в нелепой аварии, а в границах урочища теперь идет строительство коммерческой недвижимости.