Глава 6
Холод. Холод и пульсирующая на задворках сознания боль несмелыми ударами подрагивала в затылке и груди. Пальцы судорожно сжались, скребя ногтями по усыпанному цветными бумажками граниту. Перед глазами возникли тонкие изящные ножки в балетках цвета первого снега. Незнакомца присела, ледяные руки с лёгкостью перевернули тело мужчины, а Егор вперил взгляд остекленевших глаз в светлое девичье личико. Тонкие розовые губки расплылись в искренней улыбке, будто спустя сто лет увидела друга детства, с которым разделила первый поцелуй.
Дева склонила голову, Войченко успел рассмотреть белоснежные зрачки и белки, без единой красной жилки. Прохладные губы коснулись его безжизненных и кровавых, а в ушах тихонько пронёсся до боли приятный голос:
«Проснись, воин!»
Внезапно грудь Егора сковало ужасом, рёбра с рёвом рванули в разные стороны, а потоки кислорода ринулись в тело, насыщая бывшего мертвеца Жизнью. Войченко заорал, по всему телу с утробным ворчанием двигались кости и суставы, выпрямляясь и теснясь, стремясь принять истинное положение и форму. Последним аккордом стал неимоверный зуд на шее, прямо на том месте, где ещё недавно багровел, постепенно чернея, ужасающий разрез.
Девушка невозмутимо рассматривала процесс исцеления, но крепкие пальцы не отпускали парня. Егор, не помня и не понимая, внезапно рванулся вперёд, въедаясь губами в уста девушки. Новый поток сил наполнил истончившиеся запасы, а рука Войченко сжала правую грудь незнакомки, и… всё кончилось.
Бывший десантник, подобно пустой фляге из тыквы, рухнул спиной на гранит и шумно выдохнул. Спасительница удовлетворённо стёрла следы чёрной крови с губ и неспешно воздела тело на ноги.