- Ненавижу Аэро-о-офло-о-о-о-от!
Егор ракетой Сармат вылетел из руколап волколака, пролетая над сражением, как писали раньше, «выше леса стоячего, но ниже облака ходячего». Всё бы ничего, да только стена домика Марты не приняла гостя, радостно приветствуя хорошим пинком под рёбра. Рухнув наземь, подобно груше в грозу, Войченко помянул мать и другую родню исполнительного оборотня и стараясь заглушить боль в боку и левом колене, пополз к мечу. Рукоять приятно кольнула пальцы, по лезвию задорно пронеслись искры молний. Парень сделал движение извлечь оружие, но перед глазами вновь возникли изящные лакированные ботинки. Сильный пинок по лицу до глубины души разозлил матёрого военного, и заученно пропустив мимо очередной удар, Егор с торжеством пнул главу Ордена кулаком в пах. Сектант охнул, пытаясь зажать ушибленное место, а Войченко тем временем спокойно вытащил меч из трупа Марии и медленно поднялся на ноги.
Шум битвы стихал. После уничтожения артефакта, жильцы Города из числа нечисти и нежити перешли на сторону лесных оборотней, старательно изничтожая остатки Ордена Рассвета. Спустя минуты две, над площадь витали лишь стоны и крики раненых и умирающих.
Арчибальд с ненавистью взирал на воскресшего врага снизу-вверх, не понимая и не принимая поражения. Гримаса излучала страх и по-детски наивное недоумение. Всего полчаса назад победа была близка и… залитая кровью площадь жёстко разбила планы и надежды нерадивого завоевателя.
Егор, с задумчивым видом, подтолкнул к врагу трость со скрытым внутри лезвием. Голос победителя обрекающе упал на плечи главы Ордена Рассвета:
- Возьми и умри, как мужчина!
Арчибальд подобрал оружие и не торопливо разогнулся, оглядывая окруживших место схватки оборотней презрительным взглядом. Скинув с плеч пиджак, сектант обнажил клинок и встал в фехтовальную стойку, кривя губы в улыбке превосходства:
- Я ученик величайшего Фридриха Терпика. А он знал толк в убийстве шпагой!
- А я десантник, - мрачно ухмыльнулся киллер. – И плевал я на твои «понты».
Арчибальд мгновенно провёл выпад, Егор перехватил меч обратным хватом и успешно встроился в атаку противника, умело подрезая кисть на сгибе. Эрхенбасский вскрикнул и ушёл в оборону, но вновь опоздал. Войченко пропустил лезвие Арчибальда, не мешая стали пронзить пустоту, и с наслаждением взрезал тыльную сторону ладони супротивника. Короткая шпага с пронзительным звоном ударилась о брусчатку, пока сикомидзуэ Егора, словно нож в масло, погрузилось в грудь сектанта. Киллер видел, как медленно уходит из взора врага Жизнь, сначала капля за каплей, затем превращаясь в полноводный ручей.