Ему снится пятиугольный бункер, где похоронен заживо.
Заживо – означает жив, и, собрав последние силы, он прорывается через окно ноутбука, сквозь цифровые баталии и жуткие воспоминания в сказочный тревожный город, лежащий в сплетении рек, над которым летят лиловые облака. Минует несколько мостов и оказывается перед той же дверью, что и мать, открывает, взлетает по деревянным ступенькам, бежит по коридору, съёжившийся от отвращения к себе, никому не доверяющий, человек двадцати четырёх лет. В одном из двух мягких кресел напротив врача видит маму, сразу же делает попытку уйти, но доктор предлагает остаться, сил возражать нет, и он обрушивает себя в соседнее кресло, нелепо вытянув длинные ноги.
- Помочь вам можно, - подумав и помолчав, говорит доктор, - но необходимо выключить из памяти больного потрясение. Это означает, что он должен забыть отца и всё, что с ним связано, в том числе, и мать. Если болезнь зашла далеко, возможно, вы потеряете друг друга навсегда.
Врач смотрит на женщину.
- Я не против, - побелевшими губами произносит она.
Я тоже, - нахмурив брови, соглашается сын.
- Пройди в смотровую, медсестра подготовит тебя, даст лекарство, и ты заснёшь. Эмма! Эмма!
В другом кабинете пациент видит компьютер и множество приборов, садится на топчан, появляется невысокая девушка в белом колпачке, добрые глаза, детские пухлые ручки. Большие губы выглядят так, будто они главные на лице.
Пальчики приятно касаются головы, устанавливают какие-то датчики, расстёгивают рубашку.
Он ждёт, что медсестра вздрогнет от отвращения, но этого не происходит, девушка подносит к губам ладонь, пахнувшую свежестью, в ней таблетка, подаёт стакан воды. Уносясь по длинному коридору в беспамятство, больной пытается задержать последнюю мысль, она о том, как он впервые в жизни поцеловал руку девушке.
В кабинете врача на большом экране, висящем на стене, возникает таинственный и непостижимый для простого человека мозг, нагромождение извилин, проекция содержимого головы сына. Образ этот плывёт, поворачивается и переворачивается в трёхмерном пространстве.
На втором экране, который расположен на столе, знаки и непонятные женщине тексты.
- Выключаем отца, - говорит мужчина, мать чувствует, что ему можно доверять.
Мышкой, похожей на карандаш, он проводит по специальному коврику, движется курсор на изображении, прыгает текст на малом экране, врач колдует, всматриваясь во вращающуюся картинку, стирает или закупоривает некоторые точки и линии, возвращается назад, что-то проверяет, потом продолжает действие.
- Выключаем связи с удаляемым объектом: родителей отца, улицу и дом, где вы с ним жили, школьников, учителей, сестру, отчима, братьев. Вас.
Врач смотрит на неё, женщина держится мужественно.
Он перепроверяет связи, убеждается, что стёр всё.
- Больной будет спать, потом Эмма поможет ему встать, помыться, покормит. Дней через пять он привыкнет к новому состоянию, вы сможете посетить его в образе сиделки, только, нужно будет надеть что-то похожее на паранджу, с прорезью для глаз, чтобы не узнал вас, говорите шёпотом, пользуйтесь другими духами, снимите маникюр. Лекарства от экземы я отменяю, попробуем корректировать состояние едой. В клинике он пробудет недели три, воспаления на коже должны зажить, потом его следует увести туда, где нет знакомых, при виде которых может произойти рецидив. Скажем ему, что у него другая фамилия, а паспорт спрячьте, через год болезнь должна пройти окончательно и мы вернём ему имя, но не прошлое.
«Я абсолютно здоров, зачем меня держат в клинике? - не понимает молодой человек после двух недель лечения, - ухаживает за мной странная мусульманка без голоса и Эмма».
Он встаёт с постели, смотрит на себя в большое зеркало: высокий, красивый, сильный парень, кожа, непонятно почему, в некоторых местах розовая, тонкая и блестящая, этих пятен становится меньше.
«Какая прекрасная жизнь впереди, - вдыхает он эту мысль, как свежий воздух, - когда буду уезжать, заберу с собой Эмму, она не сможет отказать, чувствую, что нравлюсь ей, помню, что занимался программированием и смогу заработать для нас двоих».
Мать отыскивает для них место, далёкое от мегаполисов. Жизнь там течёт медленнее, люди добрее, а аренда квартир стоит дёшево.
- Прощай, друг, прощай, Эмма, - говорит доктор.
Вчера девушка получила последние инструкции: главное для её жениха – не вспомнить прошлое.
Женщина в парандже смотрит на них издалека, в глазах – слёзы надежды.