А когда над площадью разлились нежные и печальные звуки дудука, жители Махтанбада поняли, что пришла пора расходиться. Что праздник закончился. Что им остается молить духов пустыни о том, чтобы они даровали победу их падишаху. Чтобы он вернулся домой, как можно быстрее.
Камиль, стоявший на краю площади, обнимающий за плечи жену, почувствовал, как тело Тианы начало выскальзывать из его руки.
Падишах успел подхватить любимую у самой земли, не дав ей упасть. Увидел, как закрылись прекрасные глаза. Как ресницы легли на побелевшие щеки.
Сквозь толпу горожан пробиралась мать Тианы. Женщина упала на колени рядом с растерявшимся падишахом, схватила за руку дочь:
- Что с нею?! Почему духи пустыни разгневались на мою девочку?! Немедленно позовите лекаря! – гневно взглянула на Камиля:
- Отнеси её в спальню и прикажи разрезать шнурки на корсаже! – и бросилась следом за падишахом уже поднимающимся по ступеням дворца.
Жители Махтанбада и не думали расходиться по домам. Они все так же стояли на площади, не решаясь прервать тишину, нависшую над городом, ни единым звуком.
***
Только спустя час падишах появился на верхней ступеньке лестницы, ведущей во дворец.
Уже занимался новый день.
Уже пора было отправляться в поход.
Но никто не решался начинать сборы без повеления правителя Махтанбада.
- Жители города! – голос Камиля звенел от едва сдерживаемого волнения. – Тиана, моя возлюбленная жена, в положенный срок подарит мне сына, а вам – следующего падишаха!
Площадь взорвалась радостными криками. Все смеялись и обнимались, услышав новость, которую ждали уже давно. Наперебой чествовали и поздравляли будущего отца.
Камиль, переждав первый выплеск эмоций, продолжил:
- Но наш поход должен состояться, не смотря ни на что! Я оставляю свою жену и будущего ребенка на попечении жителей Махтанбада! Никто из вас не смеет отказать Тиане, какой бы страной не показалась вам её просьба или приказ! Сейчас будущее нашего города в ваших руках! Я же, в свою очередь, обещаю вернуться как можно быстрее! Расходитесь по домам, седлайте боевых верблюдов, наполняйте водой бурдюки, укладывайте запас лепёшек и вяленого мяса в седельные сумки, вооружайтесь, и, едва взойдёт солнце, мы покинем Махтанбад! – падишах развернулся и снова скрылся во дворце.
***
Тиана стояла у окна и смотрела, как движется к выходу из города караван боевых верблюдов. Самых прекрасных животных пустыни.
Эти верблюды имели очень мало общего с теми, кто медленно брел от оазиса к оазису. От города к городу.
Их отбирали в момент рождения и взращивали особым способом. Самая чистая вода для питья, самая сочная трава в качестве корма.
Но так было ровно до того дня, как верблюду исполнится год. С этого момента начинались бесконечные изнурительные тренировки в песках пустыни, куда животных выводили через едва заметный для непосвященных проход в стене джунглей.
Впрочем, даже если кому-то и было известно местоположение прохода, воспользоваться им без разрешения падишаха не смог бы никто.
Проход открывался перед прибывшим караваном и тотчас исчезал в сомкнувшихся ветвях деревьев. То же самое повторялось, когда караван покидал Махтанбад.
Когда падишах отправлялся на войну, жители города оказывались словно замурованными в непроходимых джунглях. Хвала духам пустыни, войны были недолгими, а лабазы ломились от запасов продовольствия. Пережить неделю или две без прибытия новых караванов не составляло труда.
Тиана увидела, как вдали скрылся круп последнего верблюда, замыкавшего ряд воинов, и вздохнула.
Она была на седьмом небе от счастья, когда лекарь сообщил, что на площади с нею случился не простой обморок от тугого корсажа и неумеренных танцев. Что ей наконец-то суждено стать матерью!
Ну в самом-то деле! Её ровесницы уже давно задумываются о женихах для старших дочерей. А она еще не подарила мужу первенца. Знать о том, что тебе предстоит десять лет ожидания долгожданной беременности – это одно. А прожить эти десять лет, глядя, как растут семьи сверстниц – совершено иное.
Правительница коснулась рукой живота. Рассмеялась, подумав, что Камиль вернётся домой еще до того дня, как она начнет толстеть. Вздохнула, послав мысленный привет и благословение тому, кто тихонько рос в её чреве.
- Он скоро вернётся, - мать Тианы подошла к дочери и обняла её. – Ты и соскучиться толком не успеешь!
- Я уже скучаю, - Тиана попыталась обижено надуть губки, но тут же расхохоталась. Настроение у правительницы было превосходное!