Замерев на несколько секунд у входа на капитанский мостик, бросил взгляд на все такую же пустынную палубу яхты. Взглянул вперед по ходу движения судна.
Яхта неслась, взрезая волны. Прямо над нею, в зените, сверкало солнце. Ход судна был настолько быстрым, что капитан, прекрасно осведомленный о силе двигателей «Марии», удивился, понимая, что подобная скорость ей не свойственна. Заметил, как ему навстречу бросился второй помощник и, распахнув дверь, ведущую на капитанский мостик, склонил голову в поклоне:
- Да хранят тебя духи пустыни, Советник, - обратился к Раджабу.
- Кто ты? – капитан шагнул вперед. – И как твое имя? – капитан понимал, что член команды «Марии» не может и не должен называть его Советником. Здесь, для всех, он – Капитан!
- Я – Газван. В славном Махтанбаде был торговцем тканями. А здесь, в мире, куда нас вышвырнул проклятый ифрит – второй помощник капитана на прекрасной яхте, лучше которой нет в подлунном мире.
- Ты знаешь о Махтанбаде?! – удивился Раджаб. – Но как?! Откуда?!
- Каждый из нас, оставшихся на судне, обрел свою маску. Воспользовавшись ею, мы сумели вспомнить прошлое. Но, к сожалению многих, не забыли и о настоящем, - вздохнул Газван.
- Почему, к сожалению? – пробормотал капитан. – Думаю, что это нормально.
- Не для всех, - голос второго помощника становился все печальнее. – Мессалина, та, что была моей возлюбленной женой в Махтанбаде, не может себе простить, не может смириться с тем, какой стала в этом мире. Она плачет и вымаливает у меня прощение. Хотя я понимаю, что её вины в случившемся нет.
- Ты верно говоришь! – обрадовался здравым рассуждениям Раджаб. – Всему виной геном ифрита! Его отравленное наследие, внедрённое в каждого с осколком сердца демона.
- Я понимаю, - кивнул Газван. – Но как объяснить Мессалине, что мне не за что её прощать.
- Мы что-нибудь придумаем, - пообещал капитан. – Но сделаем это чуть позже. Сейчас моя голова занята другими вопросами.
- Спрашивай, Советник, - второй помощник снова согнулся в поклоне. – Я отвечу, если это в моих силах.
- Вопросов очень много, - задумался Раджаб. – Будет лучше, если для начала ты расскажешь о том, что случилось после того, как я и Камиль спустились в трюм. Как мне помнится, до точки назначения нам оставался еще день пути. Расскажи, как прошел этот день. И кто, черт возьми, забрал груз из трюма?!
- Ты, Советник, задал вопрос, на который у меня нет ответа, - вздохнул Газван. – Густой туман опустился на яхту, едва вы с падишахом спустились в трюм. Через считанные секунды я, и думаю, все остальные, лишились чувств. Очнулись мы на полу в кают-компании. И сразу вспомнили друг друга, хотя, в этом мире нам не доводилось встречаться лицом к лицу и тем более знать по именам. В руке каждого из одиннадцати жителей Махтанбада была зажата принадлежавшая ему маска. Я сразу понял, что яхта движется! И так же понял, что на данный момент именно на мне лежит ответственность за судно, как на старшем по званию. А потому отдал приказ занять место, соответствующе каждому по должностному расписанию. На данный момент механик и моторист отправились в машинное отделение. Боцман и матрос – на палубе. Стюард занимается приготовлением пищи. Четверо пассажиров, включая Мессалину, разошлись по своим каютам. Ну а я и Кадир – здесь, на мостике.
Только сейчас Раджаб заметил стоявшего в сторонке охранника владельца яхты. Кивнул, принимая сказанное к сведению, и тут же уточнил:
- Понятно. Но где остальные члены экипажа? И где другие пассажиры?!
- Больше никого нет, - вздохнул второй помощник. – И я не могу понять, как случилось подобное.
- Но ведь мы не сможем управлять яхтой вшестером! – в отчаянии воскликнул капитан. – Стюард, охранник и пассажиры не имеют ни малейшего понятия о судоходстве!
- Думаю, что судно не нуждается в управлении, - продолжил Газван. – Все двигатели в машинном отделении заглушены. Механик и моторист все еще остаются там, но только затем, чтобы понять, что случилось. Яхта не слушается руля и идет, куда сама решила. Я не могу ни изменить курс, ни скорректировать его.
- И как давно это продолжается? – уточнил Раджаб.
- С того момента, как мы очнулись, - второй помощник смотрел в иллюминатор, словно хотел увидеть ответ в волнах океана. – Уже почти сутки. Мне кажется, что даже моё присутствие на мостике не имеет никакого значения. Наверное, будет лучше, если я навещу Мессалину и попробую её успокоить.
- Хорошо, - кивнул Раджаб. – Можешь идти. Я побуду здесь. Тем более что мне есть о чем подумать. – Перевел взгляд на охранника, все так же безмолвствовавшего в сторонке: - Напомни мне свое имя.
- Меня зовут Кадир, - оживился юноша.