— Что это? — взволнованно спросил Эйлиас.
— Думаю, что лазарник, — сказал я. — Хорошо, что не игла Тракля. Нас преследуют. Мне можно пройти в рубку пилотов?
— Я договорюсь.
Публика в кафе тоже повскакивала с мест, и взволнованно уставилась в иллюминатор.
— Все в порядке, — громко сказал я. — Это далеко.
Глава 22
Пока мы шли к рубке, еще один луч прорезал тьму с другого борта.
— Нас пустят, — тихо сказал Эйлиас уже под дверью.
Через минуту я уже наскоро пожимал руки капитану корабля и двум его помощникам. Капитана звали Рон, помощников: Стивен и Ирма. Последняя была, очевидно очередной РЦСовской нимфой. Или я попривык, или мне было совсем не до того, но я заметил только, что брюнетка.
Перед нами было три больших иллюминатора, а за ними ничего, кроме тьмы и далеких звезд.
— Здесь есть защитное поле? — спросил я.
— Да, конечно, — кивнул Рон. — Уже включили.
— Надолго хватит?
— На таком расстоянии да.
— А с какого расстояния стреляют?
— Семьсот пятьдесят километров.
— И не жалко им энергии! — хмыкнул я.
— Они быстро приближаются, — сказал Стив.
Да, уже километрах на трехстах будет совсем не до шуток.
— Какую максимальную скорость может выжать ваш быстроходный лайнер, не развалившись?
— Ноль шесть, — сказал Стивен. — Но лучше не выжимать больше ноль пятидесяти пяти.
Мои легкие катера и ноль семь от скорости света могли выжать. Мне стало очень не по себе.
— Сейчас сколько идем?
— Ноль четыре.
— Постарайтесь выжать максимум.
— До пояса аль-Суфи осталось полтора часа, — сказала нимфра Ирма. — Там все равно придется сбросить. Много мелких объектов.
— Там и сбросите. У него ведь плотность меньше выше плоскости эклиптики?
— Конечно.
— Вот и возьмите выше. Выдержите такой маневр?
— Если не очень резко, — сказал Стивен.
Тем временем за иллюминатором слева, тьму прочертил еще один луч, оставляя за собой ореол ослепительных искр: значит, задели поле.
— Сколько до них?
— Пятьсот.
— Гм… Сколько они идут?
— Как мы, — сказал Рон. — Совсем чуть-чуть быстрее, на триста метров в секунду.
Если бы мои бывшие друзья выжимали максимум, они бы успели нас десять раз догнать и перегнать, пока мы трепались. Но почему-то они этого не делали.
— Сколько мы сейчас идем?
— Ноль сорок пять, — сказала Ирма.
— А они?
— Ноль сорок пять и единичка в шестом знаке после запятой.
— Они почему-то бояться приближаться. Мажут, но боятся. Повисли на хвост на полутысяче километров и пристреливаются.
Следующий луч прошел под нами. Это значит, что меня послушались, и взяли вверх.
«Они считают, что пробирки еще у тебя, и боятся, что их накроет, — написал мне Эйлиас на кольцо. — Значит, пятьсот километров безопасное расстояние».
«Очевидно, — ответил я. — А их цель нас взорвать вместе с пробирками».
— Сколько сейчас идем? — спросил я Рона.
— Ноль пять, — ответила Ирма.
— А у них?
— Ноль пять. Даже без единички.
А потом я увидел воронку Тракля. Слава Богу, ниже нас. Даже не задели поле.
— Защитное поле работает против воронок Тракля? — спросил я.
— Если не очень близко, — сказала темноволосая нимфа.
— Меняйте курс, — сказал я. — Резко вверх и вправо, потом вверх и влево. Маневрируйте. Сколько сможете.
— Слишком резко нельзя, — сказал Стивен.
— По максимуму, чтобы только обшивка выдержала перегрузки!
Я чувствовал себя почти бесполезным. Три гражданских пилота очевидно прекрасно знали свой большой и неповоротливый корабль, но ничего не понимали в военных действиях, а я, зато ничего не понимал в их корабле.
Очередная воронка засияла под нами в россыпях искр силового поля, и нас резко отбросило вверх.
— На корабле есть какое-то оружие? — спросил я.
— Это пассажирский корабль, господин Вальдо, — сказал Рон.
— Мы входим в пояс аль-Суфи, — доложила Ирма. — Надо сбрасывать скорость.
— Давайте! — сказал я. — Только еще резко вверх.
Впереди уже сияли тысячи мелких звездочек метеоритов и светилась космическая пыль и межзвездный газ.
Ладно, я уже понял, что разгонятся бесполезно. Они быстрее, зато железно держат дистанцию.
— Расстояние увеличивается! — доложила Ирма. — Они отстают.
И еще они перестали стрелять.
Почему?
«Что ты об этом думаешь? — кинул я Эйлиасу. — Почему они не стреляют?»
«Как-то связано с особенностями твоих пробирок. Точно не знаю».