— Успокоиться меня просишь, Киро? Ты представляешь, что с ней теперь сделает Ханджи, если она попадет к нему в руки? Её уже, в лучшем случае, поимели, а этот ублюдок обожает пытать людей наркотической ломкой. У Чио очень скоро может случиться передозировка. У неё же такое слабое тело. Даже если она выживет, и мы её вытащим, то прежней она уже не будет.
— Ты не узнал, где она?
— Да где угодно! Против вас сплотился весь город. Метеорцы считают, что лучше подчиняться тому, кого они знают, чем тем, кто устроил кровавую резню на базе Горо. Чужих здесь никогда не любили. А учитывая то, что вы приперлись сюда, когда здесь было столько народу, то и мне уже ничего рассказывать уже не будут.
— Тогда нам нечего терять, босс. Не понимают похорошему — будем объяснять так, как у нас получается лучше всего.
— Скажи, где его база, — потребовал Садао у Кадзу.
— Я уже там был. Чио там нет. Ханджи осторожен, он не станет держать её у себя.
— Скажи. Где. База.
Кадзу назвал адрес. Садао достал мобильник и набрал Рику.
«На связи, босс»
— Как продвигаются поиски?
«Чио пару часов назад держали в одном из заброшенных домов на севере Метеорсити. Здесь уже никого нет, но мы нашли использованные шприцы».
Садао выдержал тишину. Злость сменилась холодом.
— Как Даики?
«Плохо, босс. Мы потеряли след. Он перестал разговаривать. Будут приказы?»
— Здание заброшенного торгового центра на севере города – база Ханджи. Вряд ли Чио держат там, поэтому вы знаете, что делать.
«Есть».
Связь прервалась. Садао медленно положил телефон в карманы брюк. Его взгляд пугал даже Кадзу.
Садао – глава преступной группировки, которую ищет весь мир. Числу его убийств нет конца. Он, не моргнув и глазом, уничтожал города, убивал женщин и детей. Таким его знали люди. Однако за все время своей жизни в Метеорсити он ни разу не показал своей звериной кровожадности, абсолютного безразличия к чужим жизням, ненависти к человечеству, которые двигали его вперед всю его жизнь. Кадзу словно впервые его увидел. Садао действительно разозлили.
— У нас ещё есть духи, — сказал Кадзу, в тщетной попытке его успокоить. — Я сделаю все, что в моих силах, чтобы найти её.
Садао открыл портал.
— Уж постарайся, Кадзу, — бросил он, прежде чем исчезнуть из территории церкви вместе с Киро.
Солнце уже полностью показалось на горизонте, осветив собой все земли полуразрушенного, прогнившего города. Жители ещё не знали, что этот день, по воле их глупого выбора, остаться верными мафии, запомнится самым кровавым в истории Метеорсити.
Глава 18
Как только люди избавились от внешних врагов с помощью охотников и магов, так тут же нашли для себя новых – своих же спасителей. Сила охотников наводила на них ужас, сверхъестественные способности магов, которые они не могли даже обнаружить, разжигали в них зависть и ненависть. Они сплотились вместе, чтобы уничтожить предмет их страхов с лица земли. Люди бесчестными путями убили практически всех охотников, что свято верили им и посвятили свои жизни для их защиты. Маги скрыли свои способности и исчезли сами. Но эта история осталась в прошлом. Печальная участь охотников передавалась наследственной памятью, которая постепенно восстанавливалась вместе с пробуждением их способностей. Ген охотников передавался по женской линии. Мать Даики была охотницей, а отец был человеком, который узнав, что его жена – чудовище, не сдержал своего животного страха перед ней, и его нежная любовь обратилась ненавистью. Даи понял это только благодаря Садао, который рассказал ему обо всем, что знает сам.
Жалкие, глупые, жестокие твари. Их стадный инстинкт – это единственное, что помогло им выжить до этого века. Они растоптали под своими ногами тех достойных, которые должны были жить.
Как и сейчас пытались растоптать Чио.
Такие ничтожества не должны существовать в этом мире, это ошибка времени, ошибка естественного отбора природы, решать которые должны те, кто жизни действительно заслуживает. От убийства пары тройки бесполезного мусора на земле станет только чище, а остальному мусору послужит уроком.
Ненависть, которая хранилась в их сердце под глыбой льда спокойствия, выбралась наружу. Садао вышел из себя, приняв свой истинный облик хладнокровного убийцы. Таким его знали реданцы, именно ему они поклялись в верности, веря, что он однажды построит мир, где не будет места для тех, кто его не заслуживает.