Артём расхохотался:
– Милая, у меня все работает. Иди сюда.
Через пару минут обе девушки уже были рядом с ним. Одна устроилась на коленях, вторая – под боком. Они смеялись, что‑то шептали, вино лилось в их бокалы какой-то сплошной рекой. Картинка была как из клипа: мужчина, две женщины, золотой свет, алкоголь.
Антон смотрел на это и вдруг с кристальной ясностью понял: он здесь лишний. Не морально – физически. Как будто всё это – чужая тусовка, в которую он зашёл по ошибке.
Он встал.
– Я поеду, – тихо сказал он.
– Ты чё, папочка, – обернулся Артём. – Только началось.
– Голова, – привычно соврал Антон. – Завтра рано.
– Давай, герой семейного фронта, – махнул ему рукой Артём. – Мы за тебя тут довоюем.
Антон вышел из зала под приглушённый смех и тяжёлый бас. На улице воздух оказался холоднее, чем он рассчитывал. Он глубоко вдохнул и вдруг подумал: ««Сейчас она там, а я чуть не пошёл трахаться с первой попавшейся». И только потом понял, что не очень знает, кто эта «она» и где именно «там».
Проснулся он от чужого смеха. Не детского – женского, с хрипотцой. Голова гудела, во рту было сухо. Смех доносился из гостиной. Антон накинул футболку, вышел из спальни.
В гостиной за столом сидел Артём. В его – Антоновой – футболке. Напротив, скрестив ноги на стуле, – одна из вчерашних.
– О, – заметил его Артём. – Проснулся наш монах.
– Как вы сюда… – начал Антон и сам понял, насколько глупо это звучит.
– Ты вчера был не в кондиции, – весело отчитался Артём. – Я тебя сам довёз, ключи из кармана достал, всё по‑дружески. Девочки с нами. Кофе твой, кстати, так себе.
Антон смотрел на их босые ноги на его полу, на её свободно свисающий по спинке стула лифчик, на то, как Артём сидит в его доме, как в баре. И ловил странное ощущение: он не пускал сюда Алену, потому что это было «его пространство». А сейчас пустил вот это.
Телефон на столе коротко пискнул.
«Селихова А. – размещение завершено. Первичный контакт с куратором состоялся. Адаптационный этап. Состояние стабильное».
Секунду он тупо смотрел на текст, пытаясь соотнести происходящее.
– Всё нормально? – лениво спросил Артём.
– Всё идёт по плану, – машинально ответил Антон.
Он даже сам не понял, кому именно сейчас это сказал.
Глава 18
Рутинный день рутинной недели. Голова после встречи с Артёмом гудела. Антон вызвал горничную, чтобы она отдраила квартиру. Ему было мерзко прикасаться к вещам, к посуде, словно что‑то грязное побывало тут и оставило свои следы.
За город ехать не хотелось. Он подумал о том, что они с Аленой провели столько времени в спорах о том, с кем и как будут дети, если они разведутся, а сейчас, получив возможность быть с детьми каждый день, понял, что ему особо этого и не надо. Он не знает, о чём с ними говорить, как играть и что вообще с ними делать.
Он достал телефон и написал матери:
«Мам, у меня много работы, ты могла бы побыть у нас дома с детьми?»
Тамара Петровна сразу перезвонила:
– Сынок, – голос был заискивающий, Антон хорошо знал эти интонации. – Я бы с радостью, ты же знаешь, как я детей люблю, но ты, наверное, забыл, я же завтра улетаю.
– Куда? – сухо спросил он. Он знал, что мать не говорила ему об этом. То, что она вот так вдруг «улетает», было в её стиле, но сейчас он чувствовал, как начинает заводиться.
– К Питеру в гости.
– Мам, а твои мужики могут сами платить за твой билет, а не сидеть на моей шее? – зло буркнул Антон. Это была привычная история: мать периодически «уставала от Москвы» и отправлялась навестить «друзей», как она их называла.
– Не будь злым и жадным, тебе это не идёт. К тому же друзья меня принимают у себя, водят в рестораны, за билет ты можешь заплатить, не упрекая меня в этом.
– Хорошо, – ему не хотелось сейчас ещё и с матерью ругаться. – Я просто надеялся, что ты мне поможешь, пока Алена в санатории.
– Я знаю, что у неё всё будет хорошо, и ты справишься. Да и Наташа у вас чудесная, дети её любят, так что моё присутствие сейчас не сильно и нужно.
– Хорошо, – машинально ответил Антон. – Напиши, как долетишь. Кстати… ты не против, если я несколько дней у тебя поживу? У меня небольшой ремонт, краны текут, – соврал он.