В течении всего рассказа о историях прадеда своего противника настрой Андрэ равноускорено спадал. Виною тому факт, что для его ушей все пересказанное не являлось чем–то новым, все это он знал, причем давно. Ему казалось, что может хоть в этот раз он узнает то, чего до сего ни разу не слышал, и это позволит добавить еще один кирпичик, еще один мазок в представлениях Андрэ об давно канувших в небытие временах. Но нет, строгое и безапелляционное нет.
– Чего–то приуныл, или мне кажется?
– Не кажется, но приуныл лишь слегка, не обращайте внимания. Просто, как только Вы сказали о своем прадеде, я подумал, что наконец смогу узнать чего-то новое о мире до стен кольцевого города. У меня есть некоторые причины, чтобы столь интересоваться прошлым…
– Как скажешь. Жаль, что я не смог оправдать ожиданий.
Андрэ сначала никак на это не ответил, но в итоге с грубейшим опозданием сказал, ожидая в ответ не более односложных предложений или еле слышных междометий:
– Иногда есть веское желание убить всех эльфов…
– Радикально, пожалуй. Не все они плохие, даже в правительстве. А ежели вспомнить о силах сопротивления… – после мельком сказанного у Андрэ в голове будто бомба взорвалась.
– О каких еще силах сопротивления вы говорите? – любопытство Андрэ было оправдано более чем, ведь не о каких силах сопротивления ни он, ни Саша, ни Элис раньше не слышали. Подобные заявления полностью меняли убеждения о эльфах, как о расе, давно потерявшей хоть какую–то честь и долю морали.
– Да о самых обычных. Ты не знал? Хотя это и неудивительно: сопротивление правительству Эльфов – самое страшное преступление, и осуществляющие такую опасную деятельность группы в последнюю очередь будут общаться с представителями магической академии.
– Так что там о самих силах сопротивления? Что за группы, какой численности, как организованы?
– Многовато вопросов. Я и сам толком ничего не знаю. Просто есть некоторые группы эльфов–диссидентов, малой численности – помним о опасности такого рода деятельности – и занимающиеся…А черт его знает, – было видно, что Лопэс хотел на этом и окончить повествование, но увидев негодующий взгляд Андрэ добавил, – если так интересно, то можешь попробовать наведаться в подвальные помещения баров в нашем округе. Может найдешь…только будь осторожней, они наверняка сильно осторожные и могут незваному гостю рога пооткручивать.
– А как же… – Андрэ было хотел еще задать несколько интересующих вопросов, но понял, что их партия почти завершена, и надо бы уже действовать.
Легким, почти незаметным движением Андрэ перевел карты в положения, приблизив их к телу так, что стороннему наблюдателю не заметить никаких специфичных манипуляций, только если не вглядеться в одну ключевую точку. Два пальца – указательный и средний – пустились в филигранный танец, а воздух начал искриться синевой, хоть и совсем небольшой, мгновенно исчезающей, как немного поблестит на свету.
Колдовство без волшебной палочки дело весьма сложное, коему учиться долгий срок и осваивают обычно на самых последних курсах академии, и то не всегда. Андрэ же не имел никакой подготовки и таланта в безпалочном волшебстве – по правде говоря, он в принципе не был так уж талантлив в волшебстве – но то ему и не нужно было. Цель – создание видимости, и с этим он справлялся неплохо.
– Эм, что это такое? – внезапно возмутился чем-то Лопэс, округлив глаза. Андрэ даже опомниться не успел, как обнаружил свою руку, которой он ловко водил искрами по воздуху секунду назад, развернутой твердым хватом Лопэса к зрителям, словно пойманного базарного вора.
– Сударь Лопэс, честно говоря, я не понимаю, о чем идет речь… – Андрэ пытался безуспешно оправдать себя и обмануть присутствующих зрителей.
– Твои попытки скосить под дурочка выглядят бесконечно жалко. Я, – Лопэс обернулся к беру, – да и не только я, видели магические искры, исходящие от пальцев. Очевидная попытка безпалочного колдовства. По совместительству, это еще и очевидная попытка шулерства и обмана.
Сердце Андрэ билось как невменяемое. Лопэс продолжал держать руку Андрэ в развернутом видя, не ослабляя хват, поочередно сверля тяжелым взглядом то руки, то самые потаенные уголки души Андрэ, отражающихся в его напуганных глазах.
– Я могу все объяснить!!
– Не утруждайся. Твоя подруга все нам рассказала, вот, вчера, практически в это же время, – Лопэс плавно чуть повернул голову на все еще стоящую возле зеркала Сашу. Андрэ сделал это после него, с разительной большей паникой и рваностью в телодвижениях. Саша стояла, как и всегда, с невозмутимо серьезным лицом и хладнокровными глазами.