Возвращая на полку уничтожившую все их научные перспективы чёртову бронзовую железяку, сотрудники заметили, что на ней появились какие то знаки. Это был без сомнения несколько витиеватый, старомодный, немного корявый, как сейчас бы сказали: “гугл переводил”, но вполне себе читаемый аккадский язык. А внизу ещё 4 значка. “Сохранить”, “Ответить”, “Переслать” и “Печать”. Конечно, тоже на аккадском. Сотрудники Эрмитажа, простим их, они только что пережили горе научной утраты, не удержались.
Ответ объекта хранения был скор: “В настоящее время печать документа невозможна. Проверьте соединение или положите чистую глину во входной лоток табличкопечатающего устройства”.
Сотрудники сразу же рассказали чо да как Пиотровскому, тот, понятное дело, Путину.
К огромному удивлению капитана Лирта и всего экипажа ответ с Сол-3 пришёл спустя всего месяц с небольшим. 7 июня, по нашему летоисчислению.
“Уважаемый капитан Пенъялитрон!
От имени и по поручению Генеральной Ассамблеи Организации Объединенных Наций планеты Земля поздравляю Вас с космической победой и желаю Вам дальнейших успехов в Вашей нелёгкой службе на благо галактическому сообществу.
Спешу Вам сообщить, что в настоящее время у планеты Земля отсутствуют возможности принять как сам межзвёздный эсминец, так и пленённый его экипаж.
Желаю вам приятного и скорейшего возвращения в свою звёздную систему.
Генеральный секретарь ООН
Пан Ги Мун.”
Ответ солнцевских несколько озадачил Лирта. Ну, во-первых, у них больше не император, а ассамблея. А значит, у них была революция. А это значит, что Пашка либо входит в эту самую Ассамблею, либо он где-то совсем далеко. Во-вторых, что ему, чёрт подери, делать с подбитым кораблём и пленными? И в-третьих, что значит Пангимун? Если это собственное имя этого председателя, то тогда какой он к чёрту председатель.
Храбрый, мужественный, решительный, отважный и далёкий от всех протокольных тонкостей командир линкора, даже без консультации со службой протокола понял, что это вежливый, дипломатичный, но твёрдый и окончательный отказ. Что-то доказывать, просить, настаивать и даже торговаться - бесполезно. Оставался ещё всё-таки фактор Пашки. И на Сол-3 полетела следующая депеша:
“Ваше Превосходительство, наш дорогой товарищ Генеральный Секретарь.
Верный духу межзвёздного боевого братства, готов самостоятельно доставить:
- трофейный корабль (эсминец) - 1 шт., а также прилагающиеся к нему:
- катер разъездной, демилитаризованный - 1 шт.;
- шлюпка спасательная, прозрачная - 1 шт.
в любую точку поверхности вверенной Вам планеты.
Прошу передать прилагаемое личное сообщение контр-адмиралу Нуфудлопаху.
Ваш,
Капитан Пенъялитрон.”
Личное сообщение:
“Пашка, привет!
Видел в деле твоих искинов. Респект и уважуха! Теперь у меня есть для тебя эсминец галактический, битый, не крашеный. Бонус - катер и шлюпка. Торг у капота. Уже тащу. Месяцев ваших через два буду. Так что можешь ставить свою этаноловку, она как раз поспеет. Зажжём, как тогда на Проционе.
Обнимаю,
Лирт”
На этот раз ответ пришёл почти мгновенно:
“Уважаемый капитан Пенъялитрон!
Верный межзвёздному боевому братству, предостерегаю Вас от попыток высадиться на нашу планету. А также сообщаю, что адмирал Нуфудлопах в данный момент на планете не находится, и передать ему сообщение не представляется возможным.
С уважением,
Генеральный секретарь ООН
Пан Ги Мун”
P.S. Подтвердите своё намерение произвести на нашей планете массовые поджоги при помощи этилового спирта.
P.P.S. Вы имели в виду Процион А или Процион Б?
Это сообщение Лирта даже немного обрадовало. Из него следовало, что Пашка теперь уже не контр-, а полный адмирал. А то, что его сослали - оно и к лучшему. Заседать в одной ассамблее с этим Пангимуном не смог бы и сам Лирт, а уж Пашка - тем более. На остальное он решил пока не отвечать, а просто продолжил свой путь к Земле. Маскировку только поставил, и продолжил.
На самом же деле никакой ООН и никакому её секретарю, ни генеральному, ни специальному, сообщения Лирта не поступали, и никакой Пан Ги Мун на них не отвечал. Всё было совсем иначе. Спустя месяц с небольшим после получения сообщения с линкора, конкретно 6 июня, собрала Ангела Меркель в гости своих друзей и коллег по большой, тогда ещё восьмёрке. Говорили о какой-то ерунде: борьба с нищетой, Азия-Африка, инвестиции-инновации, стабильность-безопасность. Тут Путин встаёт, такой, и говорит: