Марта
Каждую неделю к Марте приходили гости. И каждый раз – разные. В это невозможно поверить, но каждый раз она находила нового человека и тащила его к себе домой. Критерии отбора отсутствовали совершенно. Просто ей нужны были новые люди. Трудно сказать, сколько это уже продолжалось, но на том этапе жизни, на котором мы ее застали, все было именно так.
Сегодня в прихожей отряхивал с пальто снег какой-то облезлый студент. Где она его откопала – совершенно непонятно. Было видно, что он чувствует себя слегка неловко и не знает, куда смотреть и как себя вести. Но что-то было в его глазах, что говорило о невероятном интересе ко всему, что с ним сейчас происходит, и будет происходить. Он выглядел этаким переростком. Знаете, когда телосложение в своем развитии опережает черты лица, и общий вид человека начинает походить на коллаж, где к телу взрослого мужчины прилепили голову совсем еще юнца. У него были широко посаженные светлые глаза и странный круглый нос, губы же его были настолько непримечательными, что на фоне широких скул совершенно терялись. Он был гладко выбрит, но на голове было настоящее гнездо из светлых жестких волос.
Марта поспешно разделась и взяла у гостя пальто, чтобы повесить в шкаф.
- Проходи на кухню, у меня там завалялись бутерброды с завтрака. Если ты голодный, можно их приговорить, - оживленно заговорила Марта, возясь в шкафу.
- Спасибо, - коротко ответил парень и, неуклюже переступая через лужу, натекшую с его сапог, поплелся в сторону кухни.
Кухня была совершенно невообразимая. Таких он раньше не видел. Все ее стены были завешаны занавесками, причем совершенно разными, не было ни одной одинаковой пары. Посреди кухни стояло здоровенное кресло красного цвета. Налево от входа находился холодильник для мороженного, в котором кучей были навалены всевозможные продукты, а рядом красовалась газовая доисторическая плита с очень даже новенькой керамической сковородкой на ней. У противоположной стены стояли два стула и какая-то доска в углу.
Парень осторожно присел на один из стульев и стал ждать хозяйку.
- Ну, так что, будешь бутерброды? – появляясь в дверях, радостно спросила она.
- Я думаю, можно. Ну, если ты составишь компанию, - неуверенно процедил студент.
- Нет уж, я сыта по горло! А вот тебе достану, и ты поешь. Не будут же они валяться в холодильнике до завтра.
С этими словами она резко отодвинула крышку холодильника и стала там копаться.
- Как тебя кстати зовут? Совершенно забыла спросить! Так интересно было с тобой разговаривать, что даже и не подумала как следует познакомиться, - прозвучало откуда-то из полости холодильника.
- А-а… Матвей. Я Матвей.
- Отлично, Матвей, - распрямляясь вместе с отрытыми бутербродами в фольге, провозгласила Марта.
Она аккуратно развернула их и вывалила на тарелку, извлеченную тоже из холодильника.
- На, - протянула она тарелку Матвею.
Он поставил ее себе на колени и откинулся на спинку стула. Марта раскинулась в кресле напротив.
Они несколько минут молчали, глядя друг на друга. Первым заговорил студент.
- Как-то странно это все. Я просто вышел за сигаретами, а тут ты. Мы разговорились, даже не успев спросить имен друг друга. Я вот до сих пор не знаю, как тебя зовут, а сижу у тебя на кухне с твоими бутербродами в тарелке. Это ведь простое знакомство ни о чем. Даже не знаю, зачем я пришел к тебе.
- Можешь звать меня Марта. Это мое имя. А то, что ты у меня дома после 15 минут знакомства, это совсем не странно. Я просто люблю гостей. Да и говорить в теплой кухне куда приятнее, чем под снегом на холодной улице. Наоборот, все, что происходит сейчас – очень логично.
- Так ты часто так знакомишься с людьми?
- Да. Постоянно.
- И что потом?
- Ничего.
- Я имею в виду, что у тебя, наверное, очень много друзей. Что ты с ними со всеми делаешь?
- Нет, у меня нет друзей. Я просто знакомлюсь с людьми, разговариваю, и все.
- И зачем тебе это?
- Я же говорю, я люблю гостей, люблю говорить с людьми.
- Но для этого обычно есть друзья.
- Но у меня их нет, поэтому я и общаюсь так, как и с кем могу.
- Ну, то есть ты больше потом не видишься с теми, кого зовешь пообщаться домой?
- Вообще-то, как правило, нет.
- Как правило?
- Нет, никогда не вижусь.
- Ерунда какая-то!
- Если тебе это кажется бессмысленным, ты можешь уйти сейчас.
- Да, вообще-то мне все это кажется очень бессмысленным, а еще мне это кажется ребячеством. Но раз все, что ты говоришь, правда, то я сначала съем твои бутерброды, раз уж ты не хочешь их завтра выбрасывать, выкурю у тебя на кухне сигарету… нет, две сигареты. Одну до того, как сделаю зарисовку тебя в этой комнате, потому как, раз я пришел, то должен извлечь из этого какую-то пользу для себя. Надеюсь, у тебя найдется лист чистой бумаги. Карандаш, вот он, всегда у меня с собой. А вторую сигарету – после того, как закончу набросок. Вот. А потом я пойду восвояси. Как будто и не встречал тебя. Договорились?