— Где мы? — спросила я. Осматривая ковер, на котором стояли, а затем и стены, на которых висели картины. Перед входом висело огромное зеркало. Мы стояли в самой середине. Большая лестница уходила наверх.
— Мы дома! — сказал блондин.
Я стала крутиться и осматриваться. Тут же были пустые стены? Я открыла прилегающие двери. Кухня. Ух, ты! Пустая комната теперь была заполнена мебелью. И обеденный стол стоял у окна как я и хотела. Радостная я начала бегать от комнаты к комнате. С мебелью даже были гостевые комнаты.
— Когда ты успел? — удивилась я.
— Мне помогли, — смущённо сказал он.
— С ума сойти как же здорово! — пищала я от восторга и продолжала дальше осматривать комнаты. Последней комнатой оказалась спальня. Я открыла дверь и встала у порога. Большая кровать стояла посередине комнаты. По бокам кровати были два окна, у одной стены стоял стол с тремя стульями, а у другой был большой камин на полу лежал пушистый ковер, и стояли три кресла.
— Почему кресла три? — спросила я у Касиана, когда он подошел и обнял меня, прижимая к себе. Он вдохнул мой аромат и сказал.
— Для Алексия, — и прижал меня к себе сильнее.
— Ты будешь не против?
— Конечно, нет.
Я повернулась к нему, вглядываясь в его глаза. Глаза были злыми и блестели как огоньки. Но в остальном он был спокоен, чтобы снова его не злить, я приподнялась на носки и поцеловала его, он ответил на поцелуй. Вот только зря я, наверное, это сделала, поскольку одним поцелуем мы не ограничились.
Касиан осыпал мое лицо поцелуями. Его руки бродили по спине и опускались ниже, прижимая к себе все плотнее и плотнее. Я сходила с ума от его жарких поцелуев. Начала расстегивать рубашку, и руки стали гладить его грудь, живот. И спускаться ниже. Касиан отодвинул меня, от себя, тяжело дыша. Взгляд был затуманенным, я не понимала, почему он отходит от меня. Он смотрел на пол, на стены, только не на меня. Сжал кулаки и поднял глаза. Они были затуманены, взгляд не хотел фокусироваться.
— Прости, я…. Прости! — он еще отошел на пару шагов.
— Касиан, ты ведь не девственник, так чего ты боишься? — спросила я. Он посмотрел на меня шальными глазами.
— С чего ты так решила?
— Разве у вас ничего не было с Заной?
— Не было.
— Ты ведь врешь? — спросила я, он уставился на меня.
— Не вру! Дальше поцелуев я никогда не заходил.
— И она?
— Света, у нас это под запретом. Нет разницы, соединили мы воедино кровь или переспали. Это одно и то же! Просто во время официальной церемонии одно без другого не бывает.
— Хорошо, ну не соединили вы кровь, вы переспали, и как это будет влиять на магическом уровне?
— Я даже не знаю. Наверное, так же как у нас с тобой.
— А если нет?
— Тогда как-то по-другому. Я, правда, не знаю. Если про татуировку знают и описывают, то, как после постели. Может, умирают, а может жить друг без друга не могут. Я не могу тебе это точно сказать.
— А что если переспали и ничего не произошло?
— Такого не бывает. Ты, наверное, голодная, может, пойдем, покушаем? А то я в дом продукты еще не завес. Боялся, вдруг тебе что-нибудь не понравится.
— Шутишь? Что тут может, не понравится? Я в восторге, мне все очень нравится.
— Я рад!
— Пошли кушать? — мы спустились и вышли из дома. Касиан не дотрагивался до меня, даже за руку боялся взять.
— Знаешь, тут осталось до свадьбы два дня, и я подумал. Может, эти дни поживем у Эвелины?
— Хорошо, — лишь сказала я. Оно и понятно, оставаться в доме с ним наедине очень заманчиво звучало, вот он и боялся этого. А по сути, какая разница, если нам всего-то и надо переспать чтобы завершить обряд. Ну, чтож будем действовать по их правилам. Раз он боится меня как огня.
Глава 24
Два дня пролетели мгновенно. Было странно, но пока Касиан был рядом, татуировка на его теле не росла, да и на моем тоже. А он эти дни старался от меня вообще ни на шаг не отходить. Мы все делали вместе, он даже во дворец ни разу не ездил. Наверное, Зана его там не ждала, я ему так и сказала, так он обиделся и полдня со мной не разговаривал. Готовил, приносил обед, даже спать со мной лег, но не разговаривал. Не выдержав, я ему в кровати сказала, что как хорошо, что он молчит, так он обнял меня крепко и поцеловал жарко в губы, пожелал доброй ночи и, уткнувшись носом в мою спину, уснул.
А вот день свадьбы был по истине сумасшедшим. Если Касиану всего лишь надо было надеть костюм, то у меня утро началось с укладки волос, где парикмахер пролил не один литр слез, но так ничего и не смог сделать с волосами. Эвелина смирилась и мы стали надевать белое кружевное белье. На вопрос зачем? Эвелина ответила, что так положено, и должна же я мужа удивить. А затем пошло платье. Белое, пышное, изумительно красивое. С открытыми плечами. Платье держалось на мне лишь за счет корсета, который упруго сидел на груди. К низу шла пышная юбка в несколько слоев. Белые туфельки на каблуках.