Да, только не знал почему-то, что пятеро его арестантов оказались мертвы и зарыты где-то в поле. А может, знал, только не счел необходимым упомянуть об этом?
— Он всегда злится, но тем не менее дает мне посмотреть то, что надо, — продолжал Мартен.
Кончик сигары у Пеллетера снова вспыхнул оранжевым огоньком. Сигара уже заметно укоротилась, и ее огонек, освещая напряженное от раздумий лицо Пеллетера, придавал его чертам зловещести.
— Нет, ну пустые это поиски!.. — воскликнул Сервьер, всплеснув руками.
Издалека сзади донесся рев мотора. Мартен с Сервьером обернулись — черную ночь пронзали только светящиеся точки двух одиноких фар да городских огней.
Пеллетер попыхивал окурком сигары. Сделал последнюю затяжку и выбросил окурок в лужу.
— А что вы скажете о Розенкранце? Его персона тоже понаделала здесь шуму? Он тоже здесь знаменитость, как и Мауссье?
Сервьер повернулся и снова принялся изучать обочину. Звук приближающегося автомобиля нарастал, но пока еще был далеко.
— Нет, людям он не интересен, будь он американец или писатель. К тому же его книги никто не переводит на французский. Вот жена его — это да, красотка. Даже скандал в свое время был. Ведь он взял ее в жены почти девочкой, ей восемнадцать едва исполнилось. Он ради нее от прежней жены ушел. Но она научилась держаться как взрослая женщина.
— То есть вы не считаете, что он мог бы убить своего тестя?
— Нет, не считаю! А это что-то означает?
— Да нет, ничего.
— Ну и правильно.
Пеллетеру начинал нравиться этот Сервьер. Он даже простил ему это его вчерашнее актерское выступление — ради дела он и сам, наверное, мог бы предпринять что-либо подобное.
— Я понимаю, почему вы интересуетесь Розенкранцем, но я бы не ждал чего-то особенного от этой версии. Он, кстати, общается с Фурнье, когда они с ним ездят покутить в большой город.
— И когда такое было последний раз?
— Месяца четыре или пять назад.
Звук автомобиля на дороге приближался, и Пеллетер даже оглянулся, а потом перешел ближе к обочине и зашагал рядом с Мартеном.
— Может, дадите мне все-таки что-нибудь по Мауссье для газеты? Люди здесь его ненавидят, но они на самом деле даже представить себе не могут, каково это — найти такой вот подвал с клетками.
— Да, и с живым мальчиком в одной из них, — напомнил Пеллетер.
— Тем более, — согласился Сервьер.
— Когда Мауссье привезли сюда, моя мать неделю не разрешала мне выходить из дома, — сказал Мартен. — А мне тогда было тринадцать!
Приближавшаяся машина оказалась грузовиком. Сервьер в последнюю секунду перебежал на их сторону дороги, тенью метнувшись прямо перед самыми фарами.
— Вы думаете, Мауссье как-то… — начал было Мартен, но Сервьер перебил его:
— Два мальчика пропали!
— Нам, наверное, следовало бы вернуться, — предложил Мартен. — Может, шеф Летро не догадался проверить тюрьму?
Грузовик остановился, и водитель опустил стекло. Рядом с ним сидели еще двое, хотя лиц их было не видно.
— Ну, нашли что-нибудь?
— Нет, Жан, — ответил Мартен. — Но…
Пеллетер остановил его, тронув за плечо, и посмотрел на Сервьера, но за того можно было не беспокоиться. Уж кто-кто, а Сервьер хорошо знал, как преждевременная информация может возбудить общество и какой ценной она может оказаться, если ее выпустить вовремя.
— Они там в городе тоже ничего не нашли. Я вызвался выехать подальше, чтобы расширить зону поисков, и за мной там еще люди собираются подтянуться.
— Мы прочешем еще несколько сотен метров, — сказал Пеллетер. — А вы поезжайте вперед и начинайте оттуда.
— Ночью все равно ничего не найдем, — подал голос один из мужчин с пассажирского сиденья.
— Мадам Перро в истерике, — напомнил Жан. — Ей вроде бы дали успокоительное, а Летро пообещал, что мы будем искать всю ночь, если понадобится.
— Спасибо, Жан, — поблагодарил его Мартен, словно он представлял здесь всю полицию Вераржана.
Жан кивнул, поднял стекло, и машина тронулась с места.
Когда задние фары грузовика были уже далеко впереди, Пеллетер сказал:
— Я собственными глазами видел Мауссье в тюрьме сегодня утром. Он в этом не замешан.
— Но два мальчика пропали, и это когда мы только-только узнали, что из Мальниво исчез арестант…
— Это не так! — рявкнул Пеллетер.
Мартен умолк и отвернулся.
Сервьер побледнел, хотя, возможно, это только показалось Пеллетеру в темноте.
— Это не так, — проговорил он уже спокойнее, хотя сам только и думал об этом с самого того момента, как услышал об исчезновении детей. Ведь действительно, какие еще мысли могли прийти в голову, если пропали два маленьких мальчика, когда поблизости находился Мауссье?..