— Мистера Старка, пожалуйста, — сказал я.
— Мистер Старк сегодня уже не подойдет к телефону, — ответил мне голос в трубке. Это был дворецкий, впустивший меня в дом прошлым утром — как сейчас казалось, целую вечность назад.
— Передайте ему, что звонит Деннис Фостер насчет Грега Тэйлора.
Последовала небольшая заминка, после чего я услышал:
— Пожалуйста, не кладите трубку.
Я, разумеется, не стал класть трубку и ждал. Через несколько минут раздался голос самого Старка:
— Вы нашли его? — По характерному щелчку я понял, что дворецкий повесил трубку на другом аппарате. — Я знал, что вы справитесь! У меня чутье на такие вещи!
— Вы измените свое мнение, когда дослушаете меня до конца.
В его бархатный баритон закрались встревоженные нотки:
— Я слушаю, продолжайте.
— Он мертв.
Старк шумно втянул воздух и еще какое-то время пытался совладать с собой, прежде чем продолжить. Когда он снова заговорил, в его голосе уже не было привычных командных интонаций, но при этом ничто не указывало на глубокое огорчение.
— А что произошло?
Я рассказал ему, не упомянув только о том, что Грега видели с другим мужчиной.
Последовала пауза, и наконец:
— Он мучился перед смертью?
— Не знаю, я же не врач, но вообще не похоже.
— Хорошо, — сказал он.
— Я сейчас нахожусь в Харбор-Сити и собираюсь вызвать полицию, поэтому мне нужно знать, что сказать относительно вас. Они же наверняка спросят, что я там делал.
— Я даже не знаю…
— Хорошо, где вы были прошлой ночью?
— Дома. А почему вы спрашиваете?
— Кто-то находился рядом с вами? Кто-нибудь еще вообще был у вас в доме прошлой ночью?
— Дворецкий. Я попросил его приготовить мне кофе… не знаю, часов в десять вечера, может быть, позже. И горничные тоже были здесь. Они смогут подтвердить, что я был дома. Но почему это так важно? Разве он умер не из-за наркотиков? Мы столько раз ругались и даже дрались с ним из-за этого! Грег неоднократно обещал бросить это дело. — Голос его стал сдавленным и поднялся на пол-октавы. — Черт возьми! Ведь это же была передозировка, разве нет?
— Не знаю.
— То есть вы считаете, что я могу оказаться подозреваемым?
— Я нет, но полиция, скорее всего, так и сочтет. Грег был знаком с Мэнди Эрхардт?
— Ну, они могли видеться пару раз. А к чему этот вопрос? Он имеет какое-то отношение к случившемуся?
— Не знаю, имеет или нет. Я просто ищу способы выгородить вас из этой истории и пока не нахожу.
— Хорошо. Тогда делайте, что положено. Полиция до сих пор была ко мне снисходительна.
— Но это полиция не Сан-Анжело, а Харбор-Сити. Они здесь ни к кому не питают добрых чувств. Вы говорили мне, что Грег находился у вас на содержании. Это правда или выдумка?
— Да, так и было. И он всегда утверждал, что ему жутко не нравится это чувство зависимости. Мне всегда казалось, что эти разговоры добром не кончатся.
— И правильно казалось, потому что теперь это обязательно выплывет наружу. Но хорошо хотя бы то, что люди узнают только официальную часть вашей истории. Правда, за «Парсонс» и «Хоппер» я не ручаюсь.
— На это мне наплевать, — сказал он, немного помедлил и прибавил: — Спасибо вам, что нашли его.
— Я позвоню завтра, если узнаю больше. Полиция скоро будет здесь. Запомните: этого телефонного звонка не было! Они меня и так уже недолюбливают, и я не хочу давать им нового повода. А ваш дворецкий…
— Насчет него не беспокойтесь, — сказал Старк со всей решительностью.
— Хорошо, я позвоню завтра. — Я повесил трубку, потом снова снял ее и набрал номер полиции.
Глава 22
Полицейская патрульная машина подъехала через пять минут. Поскольку я находился в таком злачном квартале, меня это не удивило. Я даже не успел докурить свою первую сигарету, поэтому заставил их подождать. Дверца со стороны переднего пассажирского сиденья распахнулась, и из машины вышел полицейский офицер в форме.
— Это вы вызывали полицию? — крикнул он мне прямо от машины.
— Да, я.
Он заглянул в машину, переговорил с кем-то и снова крикнул мне:
— А где тело?
— Внизу под мостками, — сказал я и пошел показывать им дорогу.
Они завели двигатель и поехали, обогнали меня и остановились в конце квартала, где еще минут десять назад стоял Ренальдо. Я надеялся, что запах его марихуаны уже выветрился на этом пятачке. Тот же коп, что вылезал из машины, подошел ко мне и сказал: