— Деннис, вот чего ты приперся? — сразу набросился он на меня. Щеки его горели, лоб блестел испариной. Он достал носовой платок, вытер рот и убрал платок обратно в карман. — У меня нет времени, мне работать надо. А эта история с Эрхардт и Роуз того и гляди обрушится на наши головы, как ураган.
— Да со мной никаких проблем, — сказал я и, достав из кармана конверт, швырнул ему на стол так же, как он швырнул его мне на стол днем раньше.
Он посмотрел на конверт, взял его и вопросительно посмотрел на меня.
— Это что?
— Это то, что ты оставил в моем кабинете. Вот, возвращаю.
Усмехнувшись, он опять посмотрел на меня.
— А ты знаешь, что оказал Роуз медвежью услугу, отправив ее в «дурку»? Теперь все без исключения считают, что это именно она убила Мэнди.
— Да никто так не считает, — сказал я.
— Ага, не считает. — Он протянул мне конверт. — Вот это ты все же оставь себе. Мне так будет спокойнее.
— Ты мне лучше скажи: кто попросил тебя нанять меня на это дело?
— Никто не просил, я сам тебя нанял. Послушай, у меня нет сейчас времени…
— Если нет времени, то нечего повторять одно и то же. Говори: кто попросил тебя нанять меня? Это же была не твоя идея. И я видел Стёрджена, что называется, в действии, так что это и не его идея. Я хочу знать только одно — кому понадобилось, чтобы я, или какой другой олух типа меня, следил за Хлоей Роуз?
— Послушай, Деннис…
— Меня никто пока не увольнял, мне, наоборот, заплатили, чтобы я работал. Но мне интересно знать, кто мне платит и за что. Меня наняли, чтобы я выполнил работу. Я ее не выполнил. Поэтому и платить мне не за что.
На лице Нокса появилась кислая мина.
— Черт возьми, Фостер, я же просто оказал тебе услугу! Бросил тебе сахарную косточку. Ну вот какого черта ты не мог просто схватить ее и вгрызться в нее зубами?
— Потому что я не карманная шавка, Нокс, понимаешь! Я не приношу палочку, не отзываюсь на команды «сидеть!», «лежать!».
Мы уставились друг на друга как два недвижимых чучела. Нокс только постукивал конвертом по столу. Кто-то в другом помещении офиса что-то громко крикнул, но я не смог разобрать слов. За окном на студии жизнь шла своим чередом — суета, беготня, хлопушки, прожекторы, звукозапись, кинопробы, съемки, контракты, сделки, и все это ежедневно, в бешеном незамедляющемся ритме, и все это для того, чтобы насытить американского зрителя чем-то еще, помимо скучных документальных кинохроник.
Нокс наконец положил конверт.
— Мистер Мертон лично отдал мне это распоряжение. Он велел мне нанять кого-нибудь для этой очень простой работы, и я выбрал тебя. Ну что, теперь ты рад, скотина?
Я кивнул.
— Да, рад.
— И ты нисколько не удивлен?
— Нет, нисколько.
Он смотрел на меня, в это время где-то в конце коридора опять раздался крик. Какой-то радостный вопль.
— Вот, блин, с детьми приходится здесь работать, — посетовал Нокс.
— Ну ладно, я пойду.
Я направился к двери. За спиной услышал звук скрипнувшего кресла и пыхтение Нокса, поднимающегося из-за стола.
— Погоди ты, Фостер! У тебя есть что рассказать мне по этому делу?
— Я же сказал — нет. Ты же сам меня уволил, и я даже успел поработать над другим делом. Опознал один трупик на Западном побережье.
— Фостер, ну вот только не надо так со мной!.. Мы все повели себя в данном случае как дураки. И знаешь, я специально перешел на эту работу, чтобы не видеть больше этих вещей. Знаешь, как я устал от крови!
После этих его слов я, конечно, смягчился и вернулся с порога обратно.
— Полиция тоже просила меня отстраниться от этого дела. Никто не хочет, чтобы я им занимался. Да я сам не хочу им заниматься.
Он подождал и, не дождавшись от меня ничего больше, спросил:
— Тогда зачем ты пришел сюда?
— Встретиться с мистером Мертоном, — сказал я и готов был снова направиться к двери, но он остановил меня за плечо.
— Ты просто так не попадешь на прием к мистеру Мертону. К нему только по предварительной записи.
— А, то есть ты считаешь, что у меня нет шанса?
На этот раз он не стал останавливать меня, когда я направился к двери.