Тем временем в другой комнате всю ночь горел свет, что, конечно же, было запрещено уставом. Но ни одна собака не смела сказать и слова в упрёк. Вирослава работает, нельзя нарушать её покой.
Стол женщины был завален: планшетник, несколько проекций, из-за нехватки места наслоённых друг на друга. Выпуклая карта, в которую влипла рука Виры, как раз там, где изображалась скалистая территория. Создавалось впечатление, будто одна из скал продырявила руку женщины.
К Вире подошёл Славий. Молчаливый слуга позволил себе скупую улыбку. Кажется, непозволительно скупую, потому что Вира забеспокоилась.
— Как всё прошло?
Верный слуга кивнул.
— Лучше, чем мы могли ожидать.
Наступил через Виры вздыхать.
— С Венилакриме всё в порядке?
— Да. Если бы что-то пошло не так — мы бы вмешались.
Женщина расслабленно откинулась на спинку кресла. Весь день она была на нервах, и только сейчас давление тяжёлой ноши немного ослабло.
Её девочка в порядке. Главное, что с ней всё в порядке.
***
Лин не желала просыпаться, но и не проснуться не могла. Неожиданный ночной гость прочно засел в голове, он постоянно всплывал на поверхность совсем некрепкого сна.
Девушка решила не играть в прятки. Проснувшись, первым делом она пошла к Вире и заявила, что хочет встретиться с Ярмаком. Один на один.
Вира, как ни странно, не стала её отговаривать. Она лишь предложила Славия в помощники — проводить Лин к Ярмаку. Девушка попыталась было отнекиваться, но что можно ответить на заданный с иронией вопрос: «Ты знаешь, где он живёт?». Конечно, не знает. Здравствуйте, Славий.
Провожатый оказался смышлёным человеком — никаких лишних вопросов, никаких советов. Молча сопроводил и застыл на повороте.
— Вон там его апартаменты, — он хмыкнул и указал направление. — Чувствовать себя как дома не желательно, Глава этого не любит.
Лин постучала. Она сразу отмела идею воспользоваться звонком. Видали, знаем, сколько разных образцов ДНК собирает эта скромная кнопочка.
Дверь открыла молодая девушка. Волосы — чёрные, длинные. Формы — пышные. Спать с такой, наверное, одно удовольствие.
— Здравствуйте, — вежливо поздоровалась незнакомка и уставилась на Лин большими тёмными глазами.
— Мне нужен Ярмак, — без предисловий выпалила Лин.
Несколько секунд на лице девушки блуждало замешательство. Вслед за ним — растерянность.
— Зачем?
Некрасивый вопрос. Некорректный в любой ситуации. В данном случае — он ещё и слабость выдал.
Позади послышалось шуршание. Появился Ярмак. Он уставился на Лин удивлённо.
— Пять утра… — то ли спросил, то ли удивился мужчина.
У Лин на языке вертелся жёсткий ответ. Ему, значит, врываться к ней в комнату можно, а ей к нему стучать — нельзя. Видимо, ответ отпечатался у Лин на лбу. Кареглазая девушка была вежливо — до жути вежливо — отослана из комнаты, Лин же приглашена войти.
Некстати вспомнился Лекс-Ка. Наверное, Четвёртая точно так же выходила из его комнаты, когда к нему являлись другие люди.
— Я не ожидал, что ты придёшь так быстро.
Ярмак набросил мятую рубашку прямо поверх белой майки.
— Чем быстрее, тем лучше. Нам нужно поговорить. Кроме того, вламываясь ко мне в комнату, ты дал понять, что для тебя очень важен этот разговор. Я не терплю отлагательств.
— Да, но ты не сказала, когда придёшь. Я не думал, что это произойдёт так быстро… и так рано. В пять часов утра я имею привычку спать.
— И не один, как я погляжу, — Лин кивнула на дверь. — Какие ещё привычки у тебя есть в пять утра? Трахать пышногрудых девушек?
— Тебя это смущает? — Ярмак изогнул бровь и насмешливо уставился на грудь Лин.
Девушка усилием воли заставила себя успокоиться. Она посмотрела внимательно на Главу.
«Смазливая сволочь, как же ты докатился до управления станцией? Красавчики вроде тебя редко добиваются успеха собственными мозгами, скорее прытью и ловкостью. Но этого мало для управления станцией. А ты ведь управляешь, притом давно».
— Ты рассказывал о женщине, которую потерял. Я подумала…
— Это было четыре года назад.
Пауза.
— Тебя это оправдывает?
— Да. Это физиология. Именно поэтому та девушка ушла, а не осталась здесь слушать наш разговор и время от времени выдавать умные фразы.
— Указал ей на её место?
Пауза. Два взгляда скрестились. Мужчина внезапно подумал: какая же она ещё юная. Наивная. И это при том, что у ящерров была. Каким образом ей удалось сохранить столь детские взгляды на жизнь? Неужели он так её берег?