— Я уверен, это она пробралась в мой дом. Она же установила колпак, чтобы я не мог найти Венилакриме в лабиринте. Больше некому, умений не хватит. Да и сама разработка колпаков — это, скорее всего, тоже её рук дело. Другому, а тем более земному, создание чего-то подобного не под силу.
На лице Гажди отразилось такое откровенное удивление, что Руанн усмехнулся. Ещё бы, кто ж поверит в такое. Он бы не поверил.
Гажди медленно набрал в лёгкие побольше воздуха. К сожалению, даже острый ум не спасал от плохой наследственности — ищейка был из низших веток рода. Гажди уже и забыл, каково это — дышать, не чувствуя нехватки воздуха, и не пить постоянно таблетки с калием и магнием, лишь бы полегчало. Выход был: уехать на Цертамину, но Гажди уж слишком привык к этой удобной планете вседозволенности, где женщины не обожествляются и не смотрят на тебя как на ничтожество. На этой планете он был ящерр — сильный, могущественный…
— Вы же понимаете, великий судья… — Гажди запнулся. — В свете того, в чём вы её подозреваете… Это может означать, что ваше влечение не взаимно.
Руанн сцепил зубы.
— Не валяй дурака, Гажди. Других объяснений быть не может.
Ищейка причмокнул. Вот оно как…
— Вы, конечно, можете использовать последний шанс и напугать девушку так, чтобы её суть проявилась. Но не факт, что этим вы не сделаете ещё хуже.
— Ближе к делу.
— С другой стороны, если она ящеррка, тогда земляне совершили преступление, и все права этой девушки должны быть восстановлены.
Руанн дёрнулся. Первым его порывом было вышвырнуть фантазёра на улицу — вот ещё! Судья сдержался.
Но если бы к нему на стол попало дело, из которого выходило, что кто-то укрывает ящеррицу и не предоставляет ей положенных по закону прав, — он бы убил. Собственноручно.
— Убедись сначала… Я хочу знать, кто она, но ни в коем случае не собираюсь выставлять эту информацию на публику. Никто, кроме меня, не должен быть в курсе.
— Но ведь это изменит всю ситуацию. Ей будет намного легче жить, Гнездо примет ваш выбор…
— Гнездо и так примет мой выбор! — гаркнул судья.
Гажди умолк. Он пристально посмотрел в глаза нанимателя. Те светились сумасшествием. Гажди его понимал. Найти ящеррицу с правами обычной землянки и отпустить её? Он бы, наверное, тоже не отпустил… Но ведь он и не находил, так везёт, наверное, только великим судьям.
— Вы не хотите, чтобы она знала правду?
— Естественно, не хочу, — Руанн скривился. — Никаких изменений в её внешности не произошло. Это значит, я — не её привлечённый, и когда она получит права, то будет вольна уйти от меня.
— Но ведь вы должны видеть её отношение к вам...
— Какое может быть отношение?! — разозлился судья. — Я бы мог обращать на это внимание, будь она земной женщиной! Но не сейчас, когда уверен, что в её генах бес запутался! Она начала слышать, как мы, видеть, как мы, в ней раскрылись особенности поведения, не свойственные землянам. Мне кажется, она и раньше понимала нашу речь, но не признавалась до последнего. Я думал…
Его хвост сильно сжал подлокотник, так, что впору бы дереву треснуть. Но кресло было приличное — выдержало гнев судьи.
— Я давно знаю, что она ящеррица. Ещё на станции понял. Но думал, что она обычная, потерянная среди земных людей, и со временем превратится. Ведь было же несколько случаев в городе Мыслите с этим их равноправием, когда земляне спасали и воспитывали наш вид. Потому и позволил себе влезть в её сознание. А теперь понимаю — не обычная.
— В чём… в чём это выражается?
— В том, что она пробивает мои барьеры! — разозлился судья. — А это говорит о том, что у неё чертовски сильный род! Я даже не уверен, что такие были в Мыслите. А теперь я изо дня на день жду, когда её сила окончательно пробьёт мои блоки, и она вспомнит.
— Если вы не хотели, чтобы в ней это пробудилось, зачем повезли её на Переправу…
— Тогда я ещё не знал, понятия не имел, что она может быть такой сильной, — Руанн уставился в окно, но взгляд был пустым, его мысли витали где-то далеко. — Я подозревал, что на её сознание наложены барьеры. Давно наложены. Думал, Переправа смоет с неё эту дрянь. Но получилось наоборот — именно моё влияние пошатнулось.
— Хотите сказать, тот, кто наложил блок, был сильнее вас?
Руанн посмотрел на Гажди. Его колючий взгляд, казалось, был способен заморозить.
— Я не вижу другого объяснения, — выдал Руанн после паузы. — Он мог и не быть сильнее меня, но способность к гипнозу у него развита по максимуму. Я думаю, изначально наши силы были равны, но в то время, когда я развивал свои боевые навыки, он заботился о ментальных способностях. Отсюда и разница в силе воздействия.