– Насосы водяного охлаждения.
– И что они делают?
И так день не задался, а тут еще с этим разбирайся.
– Это техника. Это не твое.
– Как думаешь, Майкл, зачем я здесь?
Опять игра в угадайку, детсад.
– Внезапно заинтересовался морскими ремонтными работами?
Данк жестко поглядел на Майкла.
– Я здесь, Майкл, потому что ты не выполняешь свои обязательства передо мной. Открыли для заселения Мистик. Значит, будет спрос. Мне нужен новый бойлер, работающий. Не потом. Сегодня.
Майкл снова запрокинул голову к помосту.
– Пластыря не нашли еще?
– Ищем!
Он снова повернулся к Данку. Какой же бычара. На нем бы пахать.
– Я сейчас, типа, занят.
– Позволь мне напомнить тебе наш уговор. Ты колдуешь с винокурнями, я отдаю тебе десять процентов прибыли. Сложно забыть.
– Было бы хорошо сегодня найти! – крикнул Майкл в сторону помоста.
И в следующее мгновение оказался прижатым к переборке. Предплечье Данка уперлось ему в горло.
– Теперь я удостоюсь твоего внимания?
Широкий нос с пористой кожей был в считаных дюймах от лица Майкла, его обдало кислым, как старое вино, дыханием.
– Потише, амиго. Давай не будем делать этого при детишках.
– Ты на меня работаешь, будь ты проклят.
– Позволю себе заметить. Может, сейчас тебе и кажется правильным мне шею сломать, но бухла у тебя от этого больше не станет.
– Всё в порядке, Майкл?
Позади Данка стояли Рэнд и двое других, Фастау и Вейр. Рэнд держал в руке большой гаечный ключ, двое других – по куску трубы. Держали нарочито небрежно, будто подобрали это по ходу работы.
– Просто небольшое недопонимание, – ответил Майкл. – Как думаешь, Данк? Нам же здесь не нужны проблемы. Ты удостоился моего внимания.
Предплечье Данка еще сильнее надавило ему на горло.
– Твою мать.
Майкл глянул через плечо Данка на Вейра и Фастау:
– Вы двое, идите, проверьте винокурни, посмотрите, что там делается и доложите мне. Поняли? – Посмотрел на Данка. – Всё заметано. Слушаю тебя внимательно.
– Двадцать лет. Достала меня эта твоя чушь. Это твое… хобби.
– Отлично понимаю твои чувства. Был неправ. Новые бойлеры, поставить и запустить, не вопрос.
Данк продолжал зло смотреть на него. Сложно было сказать, как всё обернется, но в конце концов он, напоследок еще раз толкнув Майкла, сдал назад. Повернулся к людям Майкла и пригвоздил их взглядом.
– Вы, трое, поосторожнее.
Майкл сдерживал кашель, пока Данк не ушел достаточно далеко.
– Иисусе, Майкл, – сказал Рэнд, уставившись на него.
– О, ладно, он просто сегодня не в духе. Еще остынет. Вы двое, работайте дальше. Рэнд, ты со мной.
Вейр нахмурился:
– Так ты не хочешь, чтобы мы на винокурни шли?
– Нет. Сам займусь, позже.
Они ушли.
– Не стоило тебе его провоцировать, – сказал Рэнд.
Майкл снова закашлялся. Чувствовал себя немного глупо, хотя, с другой стороны, ситуация его порадовала, странным образом. Приятно, когда люди ведут себя искренне.
– Нигде не видел Грира?
– Этим утром он снова отправился вверх по каналу.
Значит, день кормежки. Майкл всегда нервничал в такие моменты. Эми всё так же пыталась убить Грира каждый раз, но тот стоически переносил это. Кроме Рэнда, который был с ними с самого начала, никто из его людей не знал эту сторону дела: Эми, Картер, «Шеврон Маринер», бутыли с кровью, которые Грир исправно приносил туда каждые шестьдесят дней.
Рэнд огляделся.
– Как думаешь, сколько еще у нас времени, до того как Зараженные вернутся? – тихо спросил он. – Наверное, уже скоро.
Майкл пожал плечами.
– Не то чтобы я не благодарен тебе. Все мы благодарны. Но люди хотят быть готовы.
– Если они будут выполнять свою чертову работу, мы уйдем намного раньше, чем это случится.
Майкл вскинул на плечо сумку с инструментами.
– И пусть, на хрен, кто-нибудь всё-таки найдет Пластыря, пожалуйста. Я не хочу всё утро прождать.
Когда Майкл наконец выбрался из чрева корабля, был уже вечер. Колени подгибались, шея тоже болела. Утечку они так и не нашли.
Но он найдет ее, обязательно. Он всегда добивался своего. Найдет эту утечку. Другие найдут каждый ржавый винт и каждый оборванный провод среди миль кабелей и проводов «Бергенсфьорда», и уже скоро, через считаные месяцы, они смогут зарядить аккумуляторы и сделать прогон двигателей. Если всё пойдет как надо, они будут готовы. Майклу нравилось представлять себе этот день. Работают насосы, вода льется в док, открывается шлюз, и «Бергенсфьорд» всеми своими двадцатью тысячами тонн грациозно скользит в море.
Целых двадцать лет Майкл не думал ни о чем другом. Связаться с цеховиками было идеей Грира – гениальной на самом деле. Им были нужны деньги, очень много денег. Что они могли продавать? Через месяц после того, как он показал Гриру газету с «Бергенсфьорда», Майкл оказался в задней комнате заведения, известного под названием «Дом Кузена», сидя за столом напротив Данка Уизерса. Майкл знал, что это человек буйного нрава, лишенный совести и движимый исключительно практическими потребностями. Жизнь Майкла для него ничего не значила, как и любого другого человека. Но репутация Майкла шла впереди него, и он хорошо подготовился. Ворота открыли, скоро люди потоком хлынут в поселения. Это создаст множество возможностей, подчеркнул Майкл, но хватит ли у торговцев мощностей, чтобы удовлетворить быстро растущий спрос? Что скажет Данк на то, если Майкл поможет ему утроить – нет, учетверить производство? Что также сможет гарантировать непрерывную поставку боеприпасов? И более того, что, если Майкл знает место, где торговцы могут действовать в абсолютной безопасности, вне досягаемости военных и гражданских властей, имея при этом быстрый доступ к Кервиллу и поселениям? Что в целом позволит Данку разбогатеть больше, чем он может себе представить?