– О, магия, – говорит она, но на её губах играет лёгкая улыбка.
– Я думаю, тебе срочно нужен психотерапевт.
– Хорошо, хорошо, – перебивает она, – хватит.
Если бы она сама не родилась Наследницей, Белла, вероятно, была бы одной из тех людей, которые отрицают существование волшебства и считают его простым обманом.
Она улыбается немного печально.
– Для меня всё изменилось.
– Потому что из-за меня тебя уволили.
– Нет, нет, нет! – Белла отмахивается, и я замечаю её короткие потрескавшиеся ногти. – Давай просто скажем, что я очень, очень быстро выросла как личность. Что насчёт остального? Всё в прошлом. Серьёзно. Не думай об этом больше. Разве ты могла поступить иначе? Ты должна была найти своих друзей и парня. В конце концов, ты всё сделала правильно, хотя и чувствовала искушение. Ты не пошла с ними, хотя хотела. Ты вела себя этично, что нелегко, и мне жаль, что меня не было рядом. Я слишком увлеклась, жалея себя, чтобы протянуть тебе руку помощи в последние несколько дней. Я должна была быть рядом с тобой.
– Нет. Я этого не заслуживаю...
Белла берёт мою ладонь и серьёзно смотрит на меня. Я набираюсь мужества. Она собирается копнуть глубже, поговорить со мной о Джеймсе, о шефе. Мне придётся держать эмоции в узде, чтобы не развалиться на части, даже если мне этого не хочется.
Но вместо этого Белла тащит меня в гостиную.
– Эй! Что ты делаешь?
– У нас не так много времени, чтобы тратить его впустую. Я же сказала: то, что ты мне написала, – это знак. Видела, что происходит? Я имею в виду, ты видела новости? Драку прошлой ночью? Я слышала, что все окна в «Чаепитии» разбиты.
Я останавливаюсь. Я не видела такого в новостях. «Чаепитие» – культовое место Шрама, которое принадлежит крёстной матери моего Джеймса, Делле, – ещё одному человеку, которого я не видела после битвы. Она, должно быть, подавлена.
– Ты не знала, – говорит Белла.
– Нет. Не знала.
– Мне очень жаль, Мэри. Правда жаль.
– Да, мне тоже.
Белла стискивает меня в объятиях. Это быстрые объятия, но я так сильно в них нуждаюсь, что прижимаюсь к ней ещё на секунду.
– Я хочу тебе кое-что показать, – говорит она, меняя тему. – Не против?
– Я сделаю почти всё, что угодно, если ты перестанешь надо мной издеваться.
– Ш-ш-ш, – говорит Белла и закрывает мне глаза руками. – Просто позволь этому случиться.
Мне хочется её ударить, но вместо этого я смеюсь.
После очередного сильного рывка я чувствую, как пространство вокруг нас становится больше. Белла заводит меня в бальный зал, где Наследники Шрама обычно прятались от магических обязанностей и расслаблялись. Тут высокие потолки и узорные колонны; лепнина на потолке, похожая на свадебный торт, и шторы из парижского розового атласа. Я понимаю, где нахожусь, потому что в воздухе смутно пахнет пузырьками и волшебной пыльцой – остатками магии. В этом месте произошло столько волшебства, что оно до сих пор не исчезло до конца, и повсюду видны его следы.
Белла убирает руки от моих глаз, чтобы я могла видеть.
– Великий призрак, – шепчу я.
Я смотрю на самую сложную, самую подробную ментальную карту из всех, которые я когда-либо видела. По всей стене развешаны фотографии людей, газетные статьи, распечатанные электронные письма, и всё соединено между собой шнурами так, что это похоже на паутину. Она простирается до самого потолка высотой почти в пять метров. Карта не идёт ни в какое сравнение с каракулями, которые мы делали в кабинете в участке. Рядом стоит лестница на колёсиках – такие обычно встречаются в библиотеках, но здесь её раньше использовали, чтобы помогать клиентам спускаться с потолка. Белла забирается на неё, чтобы поправить фотографию в паре метров от пола.
Когда она спускается, то упирает руки в бока.
– Это мой шедевр, – Белла указывает на карту. – Как я и думала, Королевский город – это цитадель коррупции, и мне нужна всего пара крошечных улик, чтобы это доказать.
– И под крошечными ты имеешь в виду...
– Я их достану, – огрызается Белла. – Я найду способ. Тайное всегда становится явным. Это непреложная истина. Они занимались грязными делами и должны предстать перед правосудием.
– Белла, – осторожно говорю я, – я не думаю, что это истина. Люди всё время совершают плохие поступки и не попадаются. Посмотри, сколько нераскрытых дел... Убийств, за которые людям никогда не придётся отвечать. А политики всегда пользовались своим положением. Это печально, но так устроен мир.
Белла сурово смотрит на меня.
– И чего тебе не хватает? – сдаюсь я.